И на меня… От страха горло перехватило, не смогла позвать на помощь… Он наседает, сальности говорит, деньги бросил, стал платье с меня срывать, брюки стащил, фу, гадость… Дальше плохо помню, пока не появились вы… Спасибо, что спасли от позора…
Пушкин устроился на другом конце дивана.
– Астра Федоровна, в благодарность за спасение жду от вас откровенности, – сказал он как можно мягче.
Глазки ее хитро блеснули.
– Говорите прямо как ваша баронесса… Что ж, мы, купцы, долги оплачиваем… Спрашивайте…
– Откуда узнали, какое надо подать объявление, чтобы выманить графа?
Астра повозилась под одеялом.
– В пансионе об этом шептались… Хоть барышням читать газеты неприлично, в пятницу открыла «Московский листок», гляжу: объявление Алой Ленты… Думаю, вот ты и попался… В понедельник утром получаю гадкую записку, в которой доброжелатели сообщали: мой жених имеет интимную встречу в салоне мадам Вейриоль… Примчалась, стучала в дверь примерочной, они не открыли…
– Почему не зашли через сад?
Барышня хмыкнула.
– Сама не знаю… От злости и обиды не могла мыслить разумно… Приехала в кофейную, где с Гаей встретиться сговорились… Опомнилась, да было поздно. Не возвращаться же обратно. Тут Василиса объявилась, поехали к колдуну… Он нагадал, что после графа у меня будет еще два жениха… Вы – первый… Не обижайтесь…
Обижаться Пушкин и не думал. Он думал о другом.
– От кого получили записку?
– С почтой пришла… Кажется, Гая отдала утром. Запечатанную…
– Вы знали, что Юстова погибла здесь?
– Да, Гая рассказала…
– Почему ее смерть не связали с графом Урсеговым? Вы же прибежали сюда, чтобы разоблачить его.
Поддернув одеяло, барышня закуталась плотнее. Как ребенок защищается перед страшными тенями ночи.
– В голову не пришло, поверите?
Верил Пушкин только своей системе.
– Позвольте вернуться на два года назад, – сказал он. – Бутович рассказала вам о том, что она подала объявление Алой Ленты?"
"– Почти прямым текстом… Ходила с гордым видом… Эта дрянь смела заявить, что еще будет мне приказы отдавать… Продажная девка…
– В прошлом году видели объявление Алой Ленты?
Вопрос вызвал удивленный взгляд.
– Неужели опять было?
Пушкин кивнул.
– Ну и ну. – Астра поморщилась. – Кто-то из новеньких, наверное… Графа в пансионе нет, а слух живет и текст известен… Фу, мерзость…
– Как мадам Вейриоль сообщали, чтобы оставили примерочную для встречи?
– Да откуда мне знать! – возмутилась Астра. – Наверняка у них заранее обговорено… Она ведь тоже в газеты заглядывает.