В Москве конца XIX века разгар свадебного сезона омрачают загадочные смерти невест. Полиция и встревоженное общество ищут ответы, а скандальный манифест таинственного Клуба холостяков только усугубляет панику. Детективная история о тайнах, страстях и опасности в канун замужества.
"
"Войдя в раж, забыв, где и зачем находится, он схватил край скатерти и дернул в романтическом порыве. Рывок был столь успешен, что посыпались тарелки, блюда, супница, соусники, бутылки, графины, масленка и все прочее, что опрокинулось на господина Берензона и супругу. И на Анастасию, как же без нее.
Разрушения были трагическими. Погиб костюм банкира и туалеты дам. А вместе с ними последние надежды Ванзарова. Он не мог даже ругаться, принял случившееся, как древний герой принимал рок. Только подумал: каким же счастливчиком был последний из спартанцев, погибший в Фермапильском ущелье? О быстрой и героической смерти Ванзаров мечтать не мог. Его ждало нечто ужасное…
– Невесты в запасе еще имеются? – спросил Ванзаров друга, стоя на улице.
– Кончились! – беззаботно ответил Зефирчик. – Ничего, Пухля, как-нибудь обойдется.
В чем Ванзаров категорически сомневался.
* * *В тот год Центральные были еще самыми роскошными банями Москвы. Подлинный дворец банных удовольствий. Они размещались в знаменитом доме наследников Хлудова в Театральном проезде у Малого театра, разделенные на два отдельно стоящих корпуса: для чистых господ и простонародья. Простой народ мылся за пятачок, дамы, учащиеся и военные в форме – за тридцать копеек, господам удовольствие обходилось в полтинник[27]. Для соблюдения приличий женские и мужские отделения имели раздельные выходы, каждый со своим швейцаром. Бани работали все дни, кроме праздников, до двенадцати ночи.
Москвичи, посещавшие бани не реже раза в неделю, привыкли и не замечали того, что приводило в трепет провинциала, впервые оказавшегося тут. Может быть, в столице имелось нечто более фантастическое, но в прочих городах империи бани и близко не могли соперничать с великолепием Центральных.
На входе перед гостем открывалась мраморная лестница с коврами, витыми чугунными перилами, люстрами, светильниками и электрическим освещением. Дальше он попадал в Мавританскую гостиную – роскошную, как дворы самой Мавритании. А затем перед ним открывался невиданный выбор: усовершенствованные души, души под высоким давлением, обширный фарфоровый[28] бассейн со статуей Нептуна, фарфоровая мыльная и парильня с холодным фонтаном для освежения, отдельные ванны на одну или две персоны, солевая ванна. Вместо ржавых жестяных тазиков к услугам гостей имелись начищенные – медные и никелированные. Для развлечения – бесплатные газеты и журналы. Простыни и одежда посетителя согревались в особых теплых камерах.
