В Москве конца XIX века разгар свадебного сезона омрачают загадочные смерти невест. Полиция и встревоженное общество ищут ответы, а скандальный манифест таинственного Клуба холостяков только усугубляет панику. Детективная история о тайнах, страстях и опасности в канун замужества.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Правила счастливой свадьбы»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В Москве конца XIX века разгар свадебного сезона омрачают загадочные смерти невест. Полиция и встревоженное общество ищут ответы, а скандальный манифест таинственного Клуба холостяков только усугубляет панику. Детективная история о тайнах, страстях и опасности в канун замужества.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Антон Чижъ Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
В Москве конца XIX века разгар свадебного сезона омрачают загадочные смерти невест. Полиция и встревоженное общество ищут ответы, а скандальный манифест таинственного Клуба холостяков только усугубляет панику. Детективная история о тайнах, страстях и опасности в канун замужества.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Далее, как полагается, образцовым почерком с большим интервалом между строчками шло само прошение. В нем купец 1-й гильдии Бабанов Федор Козьмич, коммерции советник, потомственный почетный гражданин, товарищ старшины Московского купеческого сословия, член Комитета для оказания вспомоществования семействам умерших от ран и изувеченных на поле брани воинов, почетный член Московского коммерческого училища, выборный от Купеческого Общества, член комиссий об устройстве вдовьей кассы для лиц, принадлежащих к Московскому купечеству, о пересмотре правил для раздачи пособия бедным и на приданое невестам и прочее, и прочее, и прочее, нижайше просил признать своим законным сыном ребенка мужеского пола, рожденного им февраля 20 дня сего года от девицы Капустиной Матроны Ивановны, а в крещении нареченного Николаем.
– Прочел? – спросил он, не выпуская лист. – И что теперь?
Пушкин мог бы ответить, что теперь в его паутине не осталось пустых кружков с вопросительными знаками, а таблица вероятностей может быть заполнена точно. Но разве такое объяснение что-то объяснит? Он промолчал.
Зато заволновался Меморский.
– Позвольте, позвольте, что за документ?
– Курдюмов, выйди, – приказал Дмитрий Козьмич, и когда за управляющим закрылась дверь, передал прошение. – Ознакомься…
К концу чтения на каменном лице нотариуса прорезались сильные чувства. Можно сказать, Меморский был вне себя от негодования. Так что даже дернул себя за кончик носа. Вернув прошение, он встал, являя собой образец законности.
– Дмитрий Козьмич, считаю необходимым сделать заявление… Двадцать лет я верой и правдой служил вашей семье, служил вашему батюшке и вашему брату… В любой день и час готов был прийти на помощь. Оказывал все услуги… Был при последних минутах его жизни, своими руками отнес на диван, на котором он скончался… И вот теперь обнаруживается, что покойный Федор Козьмич совершил важнейшее, можно сказать, судьбоносное решение, не поставил меня в известность, а сделал все самолично. Отдал какому-то писарю составить прошение? Сам наклеивал гербовые марки? Ни за что не поверю, отказываюсь верить…
Пушкин попросил взглянуть на росчерк господина Бабанова и высказать свое мнение. Водрузив на нос пенсне, которым редко пользовался, Меморский стал рассматривать длинную, со всеми регалиями подпись.
– Господа, это подлог, – сказал он, кладя бумагу на стол. – Подпись Федора Козьмича знаю лучше своей. Это фальшивка, подделка. Умелая, но подделка. Готов повторить на суде под присягой…
– Спасибо, Павел Николаевич, иди пока попей чаю с Курдюмовым, только рот держи на замке.
Без лишних глаз и ушей Дмитрий Козьмич стал прохаживаться по кабинету.
