В мрачных лесах чукотского севера оживают древние магические силы, когда незнакомец вскидывает руку и полетают ослепительные молнии. Настолько мощное нападение от такого юного мага выходит за рамки его понимания. Но и враг тоже не прост: защитный амулет делает реальными даже самые сильные атаки....
Похоже, «Правильный лекарь. Том 7» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Пожалуй на сегодня достаточно, — сказал я, убирая руку.
— Странно, а внешне ничего не изменилось, — пробормотал стоявший рядом Юдин.
— А здесь оно изменится чуть позже, — сказал я. — А ты тоже можешь немного поучаствовать.
— Что я должен сделать? — оживился Илья.
— Пока ничего особенного, просто надо очистить рану и убрать воспаление в мягких тканях. А вы, Иван Терентьевич, наложите ей тогда повязку с нашей новой мазью. После приёма посмотрите пациентку и мне доложите, дальше будем решать. И прокапать надо обязательно, хотя бы пару флаконов.
— А как же с моим пациентом? — спросил Виктор Сергеевич. — Пойдём смотреть? Он уже сидит."
"— Ох, я уже и не вспомнил, — вздохнул я. — Много впечатлений на один день. Но откладывать не будем. Илья, Иван Терентьевич, вы тогда здесь заканчивайте и подходите в кабинет Виктора Сергеевича, а мы пока без вас осмотр начнём.
Когда вошли в кабинет Панкратова, он позвал из коридора мужчину, по которому сразу было видно, что ему нужна медицинская помощь. Это был довольно измождённый мужчина чуть за сорок с потухшим взглядом.
— А почему это мы такие грустные? — спросил я, приветливо улыбаясь.
— Так, а чему же радоваться, господин лекарь? — безжизненным голосом спросил пациент. — Если я правильно понимаю, у меня по всему телу рак и осталось жить совсем недолго.
— Кто это вам такое сказал? — хмыкнул я.
— Да вчера домой пришёл, сказал жене, а та — соседке. К вечеру все соседи сбежались, предложили помощь посильную, сказали завещание пора писать, пока в сознании, а не в коме.
— Бред какой! — махнул я рукой. — Выбросите это всё из головы! Нашлись тоже мне доброжелатели, сами пусть завещание пишут. И хватит киснуть! Мы справимся с вашей болезнью, вы им всем ещё покажете, где раки зимуют!
— Вы надо мной сейчас смеётесь, господин лекарь? — мужчина покачал головой. — Не гоже так потешаться над смертельно больным.
— Никто не потешается, — я говорил уже без улыбки и абсолютно серьёзно.
Настрой пациента несмотря на мои увещевания радикально не изменился, но процент грусти несколько убавился. Он послушно лёг на стол и уставился в потолок в ожидании. Мне, как руководителю, уступили осмотреть его первым.
Я начал сканирование с черепа и постепенно продвигался вниз.
