Я улыбалась, кивала, отвечала на приветствия, благодарила за подарки на свадьбу, приглашала как-нибудь на чай, обещала, что непременно приеду в гости сама… В остальном — ужин как ужин, народ как народ, разговоры как разговоры. Я подсознательно ожидала чего-то уникального, свойственного лишь оборотням. Не дождалась. Все то же самое. Даже обидно. Забраться так далеко, попасть к совершенно другой расе, стать временной их правительницей… а даже удивиться не могу. Или это оттого, что они тут все аристократы? Может, у простого народа все не так тошнотворно прилизано и рафинировано? Все, кроме расовой особенности… Я изо всех сил старалась не обращать внимания на то, как они все принюхиваются ко мне.
Князь же, вероятно, воспринял мои слова о запахе чересчур близко к сердцу. Вот кто меня за язык тянул? Боги великие! Не ляпни я об этом, возможно, он сам и не вспомнил бы о такой мелочи, ведь для него это нечто обыденное, на что и внимания не обращаешь.
— Скучаете, дорогая? — обняли меня сзади сильные руки, когда я, утомившись от бесконечных улыбок, отошла к дальнему окну и притаилась там, глядя в темноту.
— Нет, — вздрогнув, отозвалась я.
— Уже недолго осталось, — прижимая к себе, прошептал он мне в ухо, отчего у меня по спине поползли мурашки. — У нас не принято допоздна засиживаться у молодоженов. Ведь все всё понимают, возлюбленная моя супруга.
Я в ужасе распахнула глаза и дернулась, когда этот невыносимый тип наклонился и принялся чувственно целовать мою шею, по-прежнему прижимая к себе и не давая ни малейшего шанса вырваться.
— Кайен, что вы делаете? — сдавленно прошептала я.
— Демонстрирую всем, что испытываю к своей молодой жене вполне естественные желания, и у моих подданных есть повод надеяться, что скоро у меня появится наследник.
— К-какой наследник? — Я даже заикаться начала. — К-как скоро?! И прекратите меня лапать, это неприлично!
Нет! Нет, нет и нет! Ни за что! Мы так не договаривались!
— Успокойтесь, драгоценная, — снова шепнул мне в ухо этот… этот… — Для нас естественно демонстрировать на публике свои желания и привязанности. Мы ведь… животные. — Он издал смешок, опалив мою кожу горячим дыханием.
— Но я-то нет… — прошипела я, мечтая сбежать на край света от этого позора.
— А неважно, возлюбленная жена. Вы теперь моя пара, а потому я буду делать с вами всё, что захочу, и всё, чего пожелает моя животная сущность. — И его руки поползли вверх по моей талии.
