Автор
Молодые женщины толпятся возле столика мужчины с заметной физической привлекательностью, когда один из них начинает ухаживать за ним. Взгляды на этом фоне напряженные и взволнованные, создавая атмосферу нестабильности и скрытой борьбы за внимание. Я отвожу взгляд и оставляю мужчину с девушками у себя за спиной, чтобы присоединиться к друзьям, надеясь найти зеленый коридор в этом динамичном течении событий....
Похоже, «Право на сына» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— На этот раз теплая и невероятно искренняя.
— О камине, — признаюсь, обещая больше никогда ему не врать. Хватит из нас недопонимания и недомолвок. Я хочу, чтобы он знал обо всем и чтобы верил, что я искренне хочу быть рядом.
И всегда хотела.
Об этом я тоже обязательно скажу ему…
Когда придет время признаваться в любви и говорить свадебные клятвы.
— А сейчас? — спрашивает рядом с моим лицом.
Я распахиваю глаза, которые позволила себе мечтательно прикрыть. Чувствую, как щеки заливаются краской от того, что я представляла нашу свадьбу.
В мечтах я позволяю зайти себе слишком далеко.
А под его спокойным взглядом расслабиться и убедиться, что никакой бури не будет. По крайней мере сейчас, когда его губы касаются моих, а рука фиксирует мой затылок.
— Я очень сильно хочу на тебя злиться, — рычит мне в рот, продолжая терзать его поцелуем. — Но когда ты смотришь так, не могу.
Из моего рта вырывается всхлип, который он тут же подавляет своими губами. Целует, пробует, растягивает удовольствие. Мы отрываемся друг от друга далеко не сразу и не так легко, как может показаться. Нам обоим мало, несмотря на то, что совсем недавно произошло между нами. Мы были близки, но я все еще чувствую желание Стаса в его обжигающем дыхании, во взгляде, которым он жадно ощупывает мое тело, во влажном поцелуе с мятным привкусом и в нетерпеливых руках, блуждающих по коже.
— Ты правда не злишься? — спрашиваю с надеждой.
— Конечно злюсь, женщина! — возмущается Стас. — Ты три года молчала и не искала меня, чтобы сообщить о ребенке. Почему, кстати, ты этого не сделала, раз забеременела даже после моей, действенной на все девяносто девять, таблетки?
— Потому что ты слишком сильно не хотел детей, а я желала стать мамой больше всего на свете.
Кажется, это именно то объяснение, которое ему нужно. Да я ведь действительно так думала. А еще боялась, что он отберет у меня Даню. Просто скажет, что такая как я ему не нужна и… будет воспитывать сына сам. Страшно и совсем нелогично, поэтому умалчиваю об этом, прекрасно зная, что Стас другой. Или же сильно изменился.
— Ну и куда же без “сильная, самодостаточная” и мое самое любимое “сама со всем справлюсь”.
— Не без этого, — отвечаю с улыбкой.
