В дымовой струе портальной пентаграммы, руки Саварда остаются теплыми и надежными. В Альбирре - столице империи Ирн - тишина преобладает после мгновенного перехода. Здесь ты будешь встречать как полагается, все обитающие в особняке: слуги, чада и домочадцы родных...
Есть мгновения, за которые не жалко отдать месяцы и годы, минуты, которые хочется растянуть на всю жизнь. И это в любом случае останется со мной.
— Идем, — голос мужчины звучал спокойно и отстранение, — нам пора.
И я пошла. Не к выходу. К Саварду.
Шаг… второй… третий…
Протянула руку и сделала то, что нестерпимо хотелось, — коснулась темной прядки и бережно убрала ее со лба.
— Кэти!..
Не обращая внимания на предостерегающий возглас, обрисовала линию скул, погладила щеку, спустилась к подбородку и дальше — к пульсирующей жилке на шее, твердым ключицам вразлет, к сильной мощной груди.
Еще один, совсем маленький шажок…
Мне было просто необходимо ощутить на губах и языке его вкус, утонуть в дурманящем запахе. И я уткнулась носом в вырез рубашки, вдыхая тонкий горьковатый аромат, растворяясь в нем. Чувствуя, как от моего дыхания упругая гладкая кожа мгновенно покрывается мурашками.
— Нет… — Сиятельный схватил меня за плечи, потянул прочь."
"Нетерпеливо освободилась и опять приникла к желанному мужчине.
Подняла голову, всматриваясь в почти черные глаза, ловя в них отражение своей собственной, сводящей с ума, почти болезненной жажды близости.
— Уйди… — не приказал — попросил сиятельный и тут же, точно против воли, притянул поближе, запутался пальцами в волосах, удерживая у своей груди.
Качнула головой, отказываясь. Тело ломило от напряжения, от попыток себя сдерживать.
— Не хочу.
Сиятельный болезненно сглотнул.
— А что… хочешь? — Казалось, он с трудом выталкивает слова из пересохшего горла.
Не отрывая взгляда от потемневшего от страсти лица, медленно опустила руку, сминая ткань рубашки, с нажимом провела по рельефному прессу, скользнула ладонью ниже пояса и остановилась, наслаждаясь каменной твердостью плоти.
— Тебя… — Собственный охрипший голос показался чужим, незнакомым.
Кровь тяжелым горячим потоком ударяла в голову, стучала в висках, и я только коротко всхлипнула, когда чуть подрагивающие губы накрыли рот поцелуем, в котором не было ни капли нежности. Жадным, грубым, неистовым. Это прикосновение мгновенно смело все препятствия, все ненужные мысли и глупые отговорки.
