В дымовой струе портальной пентаграммы, руки Саварда остаются теплыми и надежными. В Альбирре - столице империи Ирн - тишина преобладает после мгновенного перехода. Здесь ты будешь встречать как полагается, все обитающие в особняке: слуги, чада и домочадцы родных...
А саэр Омаэ никого, кроме собственной жены, не замечал.
Горечь разъедала душу, точила сердце, требуя выхода.
— Я думала, вы начали мне доверять. Но если нет, зачем тогда все? Император с радостью поможет поменять наиду с порченой кровью на другую, правильную и благонадежную.
Унылую дрессированную куклу.
— Нет! — Савард рывком преодолел разделяющее нас расстояние и цепко схватил меня за руку, будто боялся, что я сейчас убегу. — Никто не посмеет… никто… — Длинные пальцы судорожно стиснули мои плечи. — Кэти, я сам не понимаю, что происходит.
— Почему один? Есть еще Альфииса, ваша будущая жена и мать наследников рода Крэаз.
Надеюсь, он не услышал издевки в моем голосе. Ну не вытерпела! Не только ведь ему позволено ревновать.
— При чем здесь сирра Эктар? — небрежно отмахнулся сиятельный.
Удивление в его голосе было неподдельным. Он действительно не понимал, с какой стати я вдруг упомянула Фису. Как говорится, мухи — отдельно, котлеты — отдельно. Мда… Тяжелый случай.
— В самом деле, при чем здесь ваша невеста, — заметила вполголоса и добавила уже громче: — Однажды в Эрто Аэрэ я пообещала, что никогда не воспользуюсь силой, которую дает кровь жриц. С тех пор ничего не изменилось.
Савард долго молчал, напряженно вглядываясь в мое лицо, словно пытался отыскать ответ на очень важный для него вопрос.
— Я верю, Кэти, — серьезно и твердо произнес он наконец. — Верю. Но даже против твоего желания проклятая кровь соблазняет, искушает и манит, ты привлекаешь слишком много внимания, поэтому в Соот Мирне больше не останешься. Я принял решение: сразу после Поединка заберу с собой, куда бы ни пришлось отправиться и что бы ни говорил Раиэсс. Клянусь Гортом, и да поможет он мне в этом!
— Пусть он поможет нам обоим, — пробормотала чуть слышно, — и Лиос с Аривом на всякий случай тоже.
Странное, нехорошее предчувствие тревожило и никак не хотело отпускать: до конца турнира еще надо дожить.
Савард ушел почти сразу, а беспокойство осталось, острой иголкой впиваясь в сердце. Быстро поужинала и легла спать. Последняя мысль, перед тем как уплыть в сон, была о завтрашнем дне.
Что принесет он мне?
* * *За спиной остались тонкие лики на стенах хрустального святилища, удивленные голоса и восторженный шепот подруг.
