В дымовой струе портальной пентаграммы, руки Саварда остаются теплыми и надежными. В Альбирре - столице империи Ирн - тишина преобладает после мгновенного перехода. Здесь ты будешь встречать как полагается, все обитающие в особняке: слуги, чада и домочадцы родных...
Только вы все время сидите в этой комнате. Отдохните, обещаю, я ни на шаг не отойду от ее постели.
— Нет! — Резко, нетерпеливо, почти грубо.
— Господин, — сделал очередную попытку мэтр, — Повелитель уже несколько раз посылал за вами с четким распоряжением…
— Вы не понимаете слова «нет»? — Сиятельный говорил очень тихо, но в каждом его слове клокотал едва сдерживаемый гнев. — Прошлый раз я подчинился требованию императора, ушел перед тем, как Кэти очнулась. Вы понимаете, что это значит? — Теперь мужчина почти кричал.
— Но, саэр Крэаз…
— Вы оспариваете решение своего хозяина?
Даже мне стало не по себе от того пронзительного, жгучего холода, что сквозил в тоне Саварда.
Шевельнула рукой, то ли выдохнула, то ли простонала, приоткрыла ресницы и утонула в отчаянном, безумном взгляде.
— Кэти!
— Сирра, благодарение Ариву, вы снова с нами!
— Кателлина, ну наконец-то!
— Девочка моя, как ты? Скажи же хоть что-нибудь!
— Господин, отпустите сирру Кателлину, она еще слишком слаба, а вы так сильно ее… гм… стиснули. По-моему, ей больно.
— Пошел прочь, Гарард.
— Я никуда не уйду от своей пациентки. Мне нужно дать ей укрепляющий отвар, а вы мешаете. Да-да, именно мешаете! И не надо так сверкать глазами, лучше помогите, придержите сирру за плечи.
Нежась в крепких объятиях, слушала торопливую перебранку, следила за царящей вокруг суетой, купалась в радостных улыбках, и на душе становилось тепло.
После моего возвращения прошло несколько дней. Я много спала, глотала какие-то порошки и микстуры и постепенно выздоравливала. Сиятельный почти не покидал моей спальни. Просто лежал рядом, держа меня за руку, иногда бережно прижимал к себе, зарывался лицом в волосы, коротко вздыхал и затихал. Порой по ночам, неожиданно проснувшись, ловила на себе его пристальный взгляд.
Несколько раз пыталась заговорить о том, что случилось, но меня твердо прерывали и объясняли, что всему свое время. Сейчас самое главное — лечение. Единственное, что удалось выведать, — я около пяти дней пролежала без сознания, из них первые три находилась на грани жизни и смерти.
