Чем больше я смотрю на нее в этом платье, тем очевиднее становится, что она что-то скрывает от меня. Ярость поднимается под моей коже при мысли о том, что другой мужчина прикоснется к ней. Она моя.
Я отхожу от нее и расхаживаю по комнате, как дикое животное. Я делаю несколько глубоких вдохов, запуская пальцы в свои мокрые волосы. Я чувствую до сих пор ее вкус на своем языке, но не могу смотреть на нее прямо сейчас.
— Лука, пожалуйста, — она говорит так тихо, что я едва слышу ее.
Мои глаза резко поднимаются. — Как мы можем это сделать, если ты даже не можешь впустить меня? Я думал, мы выше этого? — я повышаю голос и в раздражении пинаю стул, и она вздрагивает.
Она, на самом деле, вздрагивает, черт возьми.
Мои руки сжимаются в кулаки. Что, черт возьми, происходит?
— Ты мне не доверяешь?
Обида мелькает на ее лице. — Ты знаешь, что я доверяю, — ее нижняя губа дрожит.
— Тогда почему? — восклицаю я, размахивая руками в воздухе.
Молчание. Она даже не отвечает на это сейчас.
— Знаешь что, я не могу этого сделать. Все, чего я хочу это тебя, Роза. Знаешь ли ты, как трудно мне функционировать, когда ты постоянно вторгаешься в каждую мою мысль? Когда я пытаюсь найти способ расторгнуть свою помолвку, сохранить всем жизнь и организовать каждый момент, чтобы мы могли видеть друг друга? А ты? — я кричу.
— Прости, — это едва слышный шепот, но он выводит меня из себя.
Я шагаю к ней, — Мне не нужны извинения, я просто хочу тебя. Я так безумно люблю тебя. Ты знаешь, я сделаю для тебя все, что угодно. Скажи только слово, и все будет сделано. Я бы отдал за тебя всю свою жизнь.
Я качаю головой, издавая смешок.
Она опускает голову вниз, поэтому я поднимаю ее подбородок обратно.
— Я не могу сделать это сам. Поэтому я спрашиваю тебя еще раз, какого черта ты выходишь замуж за Данте? Если ты ожидаешь, что я найду нам выход, менее чем за две недели, мне нужна правда, — выплевываю я.
— Нет.
— Нет? — я моргаю, глядя на нее. — Ты что, блядь, серь…
Я прохожу мимо нее и бью кулаком в стену, ярость горит во мне. Я останавливаюсь, услышав слово, слетевшее с ее губ.
— Сокровище."
"Я моргаю несколько раз, сердце теперь у меня в горле. Я поворачиваюсь и вижу, как Роза дрожит передо мной, ее нижняя губа дрожит. Я только что последние несколько минут кричал на женщину, которую люблю. Давил на нее, чтобы она рассказала мне то, чего я не имею права знать.
Она просила меня доверять ей.
Я отхожу от нее. Понятия не имею, что делать.
— Прости меня.
Мое сердце разрывается надвое. Я ее защитник. Я никогда не должен заставлять ее чувствовать себя неуверенно. Если бы она могла сказать мне, она бы сказала.
Я облажался.
Расхаживая перед ней, я дергаю себя за волосы, пока кожа головы не начинает гореть.
— Роза, мне так жаль.