Автор
"Преданный" — это драматический роман о тёмной стороне жизни, где каждый шаг заставляет кровь стыть в жилах. Муки предательства и одиночества взращивают героя в криминальном миру, где верность и преданность — всего лишь слова на бумажке. Атмосфера мрачна и холодна как сам город, в котором события разворачиваются....
— Пошли.
Он ведет меня мимо вооруженной охраны возле конспиративной квартиры. Проведя нас на кухню, он выдвигает белое кожаное кресло за обеденным столом. В доме жутко тихо. Все, должно быть, уже спят.
Тяжело усаживаясь, я наклоняюсь вперед. Голова падает в руки, и я вцепляюсь в волосы. Воспоминание о ней, лежащей там в луже крови, снова и снова всплывает в моей голове.
— Грейсон? Это ты? — шепчет Мэдди.
— Иди сюда, солнышко, — зовет он в ответ.
Она резко останавливается.
— Лука, боже мой. Что случилось? — она плачет, бросаясь ко мне.
Я беззвучно качаю головой. Не могу произнести ни слова. Если я скажу, это значит, что ее действительно больше нет.
Грейсон ставит передо мной большой стакан скотча, и я, запрокинув голову, залпом выпиваю обжигающий напиток.
Грейсон нежно касается ее бедра. — Любимая, можешь сходить за Келлером?
Такое чувство, будто я нахожусь в чужом теле. Я здесь. Но меня нет.
Мэдди выходит из комнаты, и Грейсон садится рядом со мной, держа в руке бутылку скотча.
Я не знаю, сколько я выпил. Но боль все равно не проходит, значит, нужно еще.
— Грейсон, что происходит? — глубокий голос Келлера эхом разносится по дому. — Черт. Лука. Расскажи мне.
Он садится рядом со мной, когда я делаю глубокий вдох.
— Мама умерла, Келлер. Она ушла, — мой голос срывается.
— Нет, — резко отвечает он.
Келлер переводит взгляд то на Грейсона, то на меня. Понимание приходит к нему, когда он замечает кровь на моей рубашке.
Мое сердце разрывается на части, когда он кричит, швыряя бутылку скотча в стену.
— Я их убью! — он пинком отбрасывает стул и начинает ходить за моей спиной.
Я смеюсь. Я действительно смеюсь.
Я разрушаю всех вокруг себя, и я не могу это остановить.
— Келлер. Сядь, — предупреждает Грейсон своим военным тоном, проводя рукой по волосам.
— Возьми еще бутылку скотча, Грейсон, — опираясь локтями о стол, обхватив голову руками, я даю волю слезам.
Все, что я могу видеть — это она.
Грейсон наливает.
— Бутылку, а не стакан, — я протягиваю руку."
"— Нет. У нас сейчас нет времени. Фрэнки будет здесь с минуты на минуту. Напиться — не выход. Мне очень жаль, но если ты все испортишь, ты можешь потерять Розу. Я не допущу этого, — Грейсон стоит как статуя, крепко сжимая в руке бутылку со скотчем.
Келлер крепко сжимает мое плечо. Я вижу, как в его глазах блестят слезы, но он сдерживает их. — Мне все равно, что мне придется сделать, брат.
