Автор
Глава 1 показывает обыденность и тревогу в деревне Евы, когда ее магазин становится местом для шаров и вывесок. Соня восхищается новыми предметами, но Лена расстроена безвкусией мебели и интерьера, что заставляет Еву улыбнуться — она понимает важность личного вкуса. Книга описывает дружеские отношения в маленькой деревне, где каждое нововведение вызывает восхищение или разочарование....
Диван довольно жесткий и совершенно не подходит для сна. Усердно пытаюсь себя убедить, что причина только в этом, а не в том, как я всю ночь прислушивался к приглушенным рыданиям Софии за стеной. Слышал, как она вставала к дочери, ходила с ней, укачивала. Все делала сама, не прося меня о помощи.
Плюс она закрылась в спальне изнутри, и я даже при всем своем желании не могу взять малютку на руки, покачать немного, чтобы жена отдохнула.
Пока нахожусь в ванной, София успевает прибрать за мной диван. На кухне уже стоит мой завтрак, накрытый полотенцем, чтобы не остыл раньше времени.
Она в квартире, не ведет себя, будто неуловимый призрак, делая все, чтобы со мной не пересекаться.
Ясно, я получаю молчаливый игнор с ее стороны.
Завтрак съедаю быстро, но вкуса почти не чувствую. Мне остро не хватает приправы в виде жены, сидящей напротив или готовящей что-то для дочери. Не хватает ясного взгляда и мягкой, влюбленной улыбки.
Потискать немного жену перед уходом, поцеловать, дразня, чувствуя, как она млеет и тянется ближе…
Этого я тоже лишен.
"Прихватив кружку-термос с кофе, который я всегда выпиваю по пути на работу, заглядываю в спальню. Дверь приоткрыта, дочурка еще спит, но уже неглубоким сном. Кажется, скоро проснется.
Наклонившись, я целую ее пухлые щечки, вздернутый носик, прижимаюсь губами к темному пушку волос.
Ева начинает переворачиваться и пытается встать, спросонья плюхнувшись мордашкой вниз. Она начинает похныкивать. В спальню заглядывает София.
— Зачем разбудил? Я душ не успела принять!
Жена упорно смотрит на дочурку и игнорирует меня.
Обижена.
Очень обижена!
Видеть меня не хочет.
— Иди, я посижу с ней.
— Спасибо, не стоит. Теперь сами как-нибудь справимся. Без тебя.
— Соф, давай с утра не будем ругаться?
— Я не ругаюсь, — посылает мне прохладную улыбку, но в глаза так и не смотрит. — Просто напоминаю, что у тебя есть работа. Не поедешь сейчас, попадешь в пробки.
— Работа может и подождать. Кроме работы у меня есть ты, дочь. Есть семья!
— Даже целых две.
— Не понимаю одного, почему ты так усердно меня к Лене скидываешь, а? Может быть, у тебя кто-то на примете имеется?
В ответ София смеется:
— Да, у меня на примете кто-то есть. Я же целыми днями где-то пропадаю, в квартире клининг убирается, еду тебе повар готовит, а с Евой сидит няня.
— Давай без сарказма.
София устало вздыхает, у нее под глазами большие серые тени и голубые, почти синие глаза выглядят влажными от непролившихся слез.
