Автор
В предательской истории о Марисе и Булате, когда подруга внезапно заявляет, что её муж изменял ей, вы погружаетесь в напряженную драматическую сцену. Тревожная атмосфера обволакивает из-за неизвестности и непонятности происходящего, пока Мариса делится своим вероломным секретом....
Достаточно того, что сын принял, что с папой я жить больше не буду.
Про Ильдара я что-то рассказывать буду, когда сама пойму. Осталось дождаться завтрашнего дня.
С новой игрушкой сын засыпает мгновенно. Вырубается, прижимая к себе крепко.
А вот я уснуть не могу совсем. Ворочаюсь с бока на бок. Представляю, что будет на прогулке. Как пройдёт разговор.
Я обычно так ни о чём не переживаю. Не обдумываю каждый шаг, не прогоняю все ситуации. Но расслабиться не получается.
Мне кажется, я едва проваливаюсь в сон, а вот уже Ильдар бегает вокруг.
Я едва привожу себя в порядок. Маскирую синяки под глазами косметикой. Наношу блеск на губы, а они кажутся припухшими.
Стоит вспомнить поцелуи с мужчиной — щёки начинают краснеть. Никаких румян не нужно.
Но главное то, как блестят глаза. Сияют огоньками.
— Ильяс тут? — сын дёргает меня за руки. — Он обещал.
— Скоро приедет, — обещаю. — Хочешь сам обуться?
— Да!
Сын тут же плюхается на попу, притягивая свои ботинки.
Я с улыбкой наблюдаю за его потугами, в последний раз кручусь возле зеркала.
Помогаю Иле затянуть шнурки, завязываю. Целую курносый носик, заставляя малыша поморщиться."
"Мы выходим на улицу, Ильяс уже нас ждёт. Прислонился к капоту, скрестив руки внизу. В ладонях — букет цветов.
Я сбиваюсь с уверенного шага, в груди начинает давить от накативших чувств.
Мужчина отталкивается от машины, направляется к нам. Сын заинтересованно смотрит то на меня, то на Ильяса.
— Это мне? — невозмутимо спрашивает Иля, тянет ручки к цветам.
— Нет, для тебя у меня это, — из кармана куртки Карзаев достаёт шоколадку. — Пойдёт?
— Да.
Сын кивает, пока я забираю протянутый букет. Прижимаю к себе цветы, вдыхаю сладкий приторный аромат.
Не могу перестать радоваться таким мелочам. Они вызывают целую бурю внутри. Потому что я не ожидала подобного жеста от Ильяса.
— Спасибо, — шепчу, не отрываясь от крупных бутонов.
— Я так полагаю, тебе нравится?
— Домыслы.
— Я уловил посыл.
— Ну, посмотрела бы я как ты это в суде предъявляешь.
— Доиграешься, Аль.
Предупреждающий шёпот раздувает костёр внутри. Пока я любуюсь букетом, Ильяс пытается усадить малыша в детское кресло.
Справляется ещё хуже, чем сын с его ботинками. Поэтому я беру дело в свои руки. За два щелчка пристёгивая Илю.
— Читтерша, — поддевает Ильяс, открывает для меня дверцу машину. — У тебя опыта больше.
