Автор
В предательской истории о Марисе и Булате, когда подруга внезапно заявляет, что её муж изменял ей, вы погружаетесь в напряженную драматическую сцену. Тревожная атмосфера обволакивает из-за неизвестности и непонятности происходящего, пока Мариса делится своим вероломным секретом....
— Булат, не ухудшай всё, — прошу тихо. — Ты сам только что признался, что совершил ошибку и сожалеешь.
— Это не значит…
Муж не договаривает. Раздаётся громкий стук. Я ошарашенно смотрю на то, как дверь резко распахивается.
Бьёт Булата прямо в затылок. От силы удара муж кренится вперёд, едва на меня не налетает.
Я успеваю отскочить в сторону, вжимаюсь поясницей в раковину. Муж хватается за голову, глухо стонет.
Кажется, силы приложили немало.
— О, ты уже закончила? — Ильяс останавливается на пороге, напрочь игнорирует Усманова.
— Эм… Ага. Да.
Я быстро вылетаю из уборной, даже не оборачиваюсь, чтобы проверить Булата. У меня не осталось к нему сострадания.
Хотя немного жаль.
Что Ильяс не двинул сильнее.
— Ты в порядке? — мужчина внимательно осматривает меня, в его глазах застывшее беспокойство. — Булат не успел тебя обидеть?
— Нет. Мы просто поговорили, — кривлюсь, направляюсь сразу к выходу. — Вроде как. Ты появился вовремя.
— Я только заметил, что Усманова нет в зале.
— Ты и так это сделал.
— Это произошло случайно. Поэтому удовлетворения я не получил. Надо вернуться.
— Не дури, — на всякий случай даже хватаю мужчину за руку. — Ничего не знаю. Я получила свою каплю удовольствия.
— Кровожадная девочка?
— Очень.
Для убедительности клацаю зубами. Ильяс смеётся, открывает передо мной дверь.
Мы направляемся к машине, мужчина выглядит самодовольным. Значит, все разговоры прошли успешно.
— Хочешь заехать куда-то перекусить? — предлагает, стоит оказаться в салоне.
— Я обещала Иле вернуться до того, как он заснёт, — напоминаю, хотя желудок предательски сжимается. — Не хочу его разочаровывать.
— Мы планировали побыть дольше. У нас ещё часа два в запасе.
— А Рина не будет против? Думаю, ей тоже хочется освободиться пораньше.
— Рина взрослая девочка. Если она предлагает посидеть до ночи, значит, рассчитывает именно на это.
— Оу. Ясно.
— Аль, ты если не хочешь — ты можешь отказать прямо. Не нужно искать оправдания.
— Ладно, — повторяю увереннее. — Я же согласилась. Но учти, Карзаев, если ресторан плохой — будешь мне должен.
— Аккуратнее. Ты уже моя должница. А ресторан хороший. Сама убедишься. И что тогда будешь делать?
— Я ведь тоже взрослая девочка. Просто признаю неправоту.
Ильяс ухмыляется, машина мягко трогается с места. Неловкость, которую я испытывала раньше, исчезает.
