В холодной атмосфере тихого городка заключается неловкий разговор между беременной женщиной и медсестрой, где обнаруживается серьезная ошибка в анализах. Атмосфера напряжённая и тревожная, заставляющая задуматься о возможных последствиях ошибки.
Похоже, «Предатель. Цена ошибки» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мне сейчас главное не встретить Серафиму Ивановну, которая была на сутках. У остальных не должно быть вопросов почему я вдруг ночую в больнице. Говорить ни с кем не хочется, тем более посвящать в детали семейной жизни.
Я мышкой пробираюсь в одну из комнат, где есть кровати. Здесь спят врачи, если нет никаких срочных вызовов. Раньше тут была кладовая, но переделали под нужды персонала. Когда я проходила здесь практику, то было всего две кровати – мне, как новенькой, полагалось спать на кресле или искать другое тихое место.
"Демид даже пару раз приезжал во время моих суточных дежурств, пока я не привыкла к такому графику. Я спала в машине, на заднем сидении, и это было волшебно в сравнении с двумя стульями.
Демид, Демид, Демид…
Что мне нужно сделать, чтобы выжечь его из памяти и прекратить вспоминать?
Двухярусная кровать встречает меня мягкими объятиями, я забираюсь наверх специально, чтобы никто лишний не увидел. Отдохну здесь до утра, потом смена, а за это время я придумаю, что мне делать.
Сон, как на зло, не идёт. Разум никак не успокоится, прокручивая десяток мыслей за секунду. Скоро зарплата – можно будет снять комнату на первое время. Ещё проверить пациента, у одного мне не нравится динамика выздоровления. А ещё…
Спи, хватит, спи.
Прошу себя, но безрезультатно. Пялюсь в темный потолок, а перед глазами Демид и Мариса. Прикрываю веки – они там же. Терзают до последнего, пока усталость не становится невыносимой.
– Подъем и в приемную, – в комнату врываются, разрушая крупицы сна.
Приподнимаюсь, разворачиваюсь в сторону заместителя главврача. Пытаюсь придумать хоть одно оправдание, пока женщина хмурится и старается разглядеть меня в темноте. Щелкает включатель.
Попалась.
– Серафимочка Ивановна, – начинаю жалобно, кожей чувствуя её недовольный взгляд. – А я…
– Юсупова, – звучит проклятьем. – Ты как тут оказалась? Потерялась по пути домой?
– Вроде того? Я тихо, мешать не буду… Вы сами в больнице ночевали!
Я перехожу наступление, потому что женщина недобро хмурится.
– Мне в этой больнице можно всё, остальным – ничего. Работать можешь?
– Да.
– Тогда дуй переодеваться и будешь осматривать пострадавших. А потом мы с тобой всё обсудим. Почему мой беременный хирург прячется в подсобке.
Потом – понятие растяжимое.
