Главное, я нашёл, что искал, — наглым тоном пропел Максим.
И тон, и сама фраза мне не понравилась. Я повернулась к красивому лицу с расплывшейся ухмылкой.
Максим делает шаг ближе и проводит рукой по моей спине.
Да, у меня красивое платье с открытой спиной. Смотрится красиво и немного сексуально, но это не повод проводить своими руками по моей спине.
Я залепила пощечину по лицу Максима и улыбнулась, увидев его растерянное лицо.
— Тебе вчера было мало?
— Сучка… Но мне нравятся такие горячие, — потирая щёку, с довольной ухмылкой отвечает Максим.
— Максим! — Высоким голосом взвизгнула Лана.
Мы обернулись вдвоём на её голос. Как долго она стоит в дверях? И что попалось её взору. Такая отвратительная сцена получилась, и прямо на счастливом празднике моей лучшей подруги.
— Придурок, — я тихо прошипела, чтобы моё определение коснулось только ушей адресата, тут же кинувшегося к своей жене.
Я не спеша, отстукивая каблуками новых босоножек, иду домой. Не хочется и дальше смотреть драму под названием свадьба лучшей подруги. Вряд ли Ланка кинется меня искать. От легкого прикосновения Максима к моей спине на душе тошно и противно.
Эта сволочь умудрилась дотронуться до меня прям на своей свадьбе!
Мельком увидевшая это зрелище Лана на своём празднике сразу же потухла.
Поэтому я, как только мне позволила вежливость, откланялась. И теперь возвращаюсь домой, рассматривая тускнеющее небо, готовящееся к закату, и серые сгущающиеся тучи к следующему заходу дождя. От высоких шпилек уже болят ноги, и я снимаю свои красивые босоножки и беру их в руки.
Подол длинного лилового платья в одной руке и босоножки в другой. И я босая, шлепаю домой. Прохожие бросают на меня внимательные взгляды, а я улыбаюсь самой себе.
Красивая чёрная BMB, пролетевшая на приличной скорости, окатила меня водой из лужи.
Чуть притормозив, машина тут же рванула по назначенному маршруту, растворяясь в потоке машин.
Я, окинув себя взглядом, застонала вслух.
Буквы я не запомнила, но вот зеркальный номер триста двадцать три тут же въелся в память. Мокрые пряди прилипли к вискам, а грязная вода тонкой струйкой стекала по моему телу. Вид у меня что надо. Грязная, мокрая и босиком, а до дома ещё не меньше получаса топать.
— С какой помойки ты вылезла, — со смехом спрашивает Ольга, увидев меня на пороге. — Ты точно на свадьбе была?
— Я сейчас за весь этот прекрасный в кавычках день отыграюсь на тебе.
— Молчу, — Ольга уже не улыбается, смеётся во всю.
Я только вздыхаю на её веселье.
