Автор
Я дочь твоего мужа! Удивленный и ошеломленный взгляду на молодую девушку, я понимаю, что этот неожиданный приход оказывается ключевым в загадочной истории. Внезапное появление девочки-подростка заставляет меня задуматься о своих связях и тайных делах покойного мужа, открывая новый слой ужасов и интриг, которые я не знал до этого момента....
Аркаша и Света у нас — хорошие и добрые, пусть иногда они и хотят потрепать нам нервы капризами и истериками.
Не знаю, к чему мы в итоге придем. К разводу или нет, но я точно могу сказать: наши дети не отвернулись от Богдана и не позволили исчезнуть детской привязанности и любви.
Они не отказались от прошлого, в котором Богдан был любящим, заботливым и терпеливым отцом, и приняли то, что он — живой человек со своими темными тайнами.
Я бы не хотела, чтобы мои дети жили с ненавистью к отцу за его обман. Она бы их разрушила.
Сквозь сон чувствую пинок в животе. Наш третий малыш будто подбадривает меня и соглашается с моими мыслями, что его папа хоть и козел, но любимый.
Да, любимый, и мне нет смысла переубеждать себя в обратном. Я не отказываюсь от этой правды.
Я люблю Богдана и буду любить даже после развода, и только любовь не позволила мне утонуть в гневе, ярости и обиде. Именно она заставила поверить в то, что в Богдане есть еще лучик света и что ему надоело жить во лжи.
Только любовь помогла мне увидеть в Доминике одинокую девочку, которая тогда при нашей встрече под оскорблениями прятала крик о помощи и о тоске.
Сквозь сон я сладко причмокиваю и с мычанием еложу головой по мягкому подлокотнику. Я
выныриваю из теплой и уютной дремоты и возвращаюсь в реальность.
Приоткрываю глаза. Богдан смотрит на меня и не моргает, будто вошел в какой-то наркотический транс, и меня это даже немного пугает.
— Сколько времени прошло? — хрипло спрашиваю я в попытке оживить Богдана, который сейчас похож на мрачную восковую фигуру.
Богдан молчит около минуты, прикрывает веки и шепчет, ослабляя галстук на шее:
— Если бы не ты, все было бы иначе.... — сводит брови вместе до глубокого излома на переносице. — Я был бы другим человеком...
— Каким? — едва слышно спрашиваю я.
— Плохим человеком, — шумно выдыхает он. — И очень жестоким.
Он хочет сказать еще что-то, но в кабинет вваливается громкий Аркадий:
— Бросили нас и сбежали? Или это было стратегическое отступление?
— И кажется, — за ним показывается тихая и хмурая Света, — нас не ждали, Аркаш.
Глава 59. Мне больно
— Тогда пошли выпьем кофе, раз мы помешали, — Аркаша разворачивается и хочет торопливо ретироваться, но я не даю это сделать.
— Стоять, — зеваю и прикрываю рот ладонью. — Рассказывайте.
— Да было бы что рассказывать, — Аркаша разводит руки в стороны. — Света и Доминика сначала посрались, а потом обе разрыдались.
— Заткнись, — шипит Света.
