Автор
Дом. Смех немного испортит атмосферу, но не умаляет загадочности момента. Под тонкой паутиной обнаженной груди и сдержанных слов — знаки растущей страсти между двумя людьми. Зависимость и надежда в каждом вздохе.
Олеся уходит, сказав, что я обязательно должна зайти к ней сразу же, как только поговорю с Толиком. И да, найдет она мне работу, если вдруг начальство решит от меня избавиться.
На то, чтобы привести себя в порядок, у меня уходит минут пятнадцать. Переодеваюсь, наношу на лицо минимум макияжа. И, взяв себя в руки, иду к шефу. Стучу в дверь и, услышав грубое: «Заходи, мать твою», тяну ручку вниз и оказываюсь в помещении, воняющем бутербродами."
"На самом деле я очень голодна. Но, блин, сейчас тошнит, потому что Толик смотрит на меня так… Ещё и перекатывая во рту кусок бутерброда.
— Ну и где ты шлялась, Машенька? — спрашивает он обманчиво спокойным голосом. — Кто, мать твою, в час дня на работу приходит?
— Я, — нервно улыбаюсь. — Анатолий Васильевич, так получилось, что я чувствовала себя хреново. Выпила таблеток и всё-таки приехала, чтобы закончить вчерашние дела. Поверьте, голова болит до сих пор...
— Ты кому врешь, дрянь такая? У тебя засос прямо на виду. Вон, на шее! С кем сосалась, а? Со своим Олежкой?
Я кривлюсь от его слов и от того, как изо его рта вылетают слюни.
— Нет, вы что, Анатолий Васильевич... Я ни с кем...
Черт! Что ты делаешь, Маша? Какая ему вообще разница, с кем я и чем занималась? Уволить хочет? Так пусть!
— Хочешь здесь продолжить работу, Машенька? — вдруг говорит он, вставая из кресла. Я же пячусь назад — к двери. Потому что если он прикоснется ко мне, то меня просто вырвет! Прямо здесь, в его кабинете. — Я предлагаю тебе выгодную сделку.
— Нет.
— Нет? — с недоумением переспрашивает он и резко останавливается.
— Нет, дядя Толя с животом медведя! Не хочу! Я увольняюсь! Заявление будет на твоем столе через пять минут! Иди-ка ты в жопу со своей сделкой! Ну или в задницу ее себе засунь! Не буду я больше здесь работать!
Я выбегаю прочь, не думая ни о чем. В голове пульсируют слова Виктора о том, что я могу свести любого мужика с ума. Ага, блин, могу! Толик точно озверел, судя по его рычанию за моей спиной.
Глава 4
— Маш, успокойся.
Я была крайне спокойна. Вот честно. Пыталась не злиться на себя и не полоскать мысленно Виктора, который посчитал меня какой-то проституткой и оставил деньги за мои «услуги». Но после «выгодного предложения» Толика я словно отрезвела.
Напиши мне Виктор хотя бы записку со словами: «Ты вчера хорошо постаралась и мощно так меня удовлетворила», я бы, наверное, его из-под земли достала, чтобы выплюнуть в лицо пару нецензурных слов.
