Автор
Дом. Смех немного испортит атмосферу, но не умаляет загадочности момента. Под тонкой паутиной обнаженной груди и сдержанных слов — знаки растущей страсти между двумя людьми. Зависимость и надежда в каждом вздохе.
Поднимаюсь, забрав телефон, ключи от авто и портмоне, иду к Мише. Ибо мне нужно с кем-то поговорить. И только он может меня убедить в том, что Маша не такая... Только он может меня хоть чуть успокоить.
В какой-то момент до меня доходит, что я никогда не испытывал таких чувств. Никогда не боялся потерять какую-либо женщину, как боюсь потерять Машу. Она моя. Такая умная, горячая, любимая...
— Бабушка Маши действительно в больнице, — слышу от друга. Сажусь в кресло и устало тру переносицу. — Адрес есть. Поехать хочешь?
— Поеду.
— Просто сгоряча ничего не делай, окей? Вижу я, как ты сейчас зол... Она понятливая девушка, но если ты начнёшь наезжать... — Миша качает головой. — Не станет молчать, потому что характер у нее упрямый. Да и справедливая она девушка. — закрыв крышку ноутбука, друг скалится. — Кстати, документы я так и не нашел.
— То же самое, — отвечаю с усмешкой. Но быстро меняю тему, касающуюся проекта. Того самого, наверное, самого важного за последний год. — Отец только что ушел. Сказал, что Маша изначально была с Полянским. Даже нашу первую встречу описал. Может, узнал, где я должен был встретиться с теми людьми, а потом посмотрел по камерам наблюдения, что там произошло? Вот и сидит и, бля... Мне все пересказывает.
Вздыхаю. Миша понимающе кивает.
— Скорее всего так и есть, — говорит он.
— Давай, я ушел, — попрощавшись, выхожу из кабинета Миши."
"Антона нет в компании. Он будто сквозь землю провалился. На звонки не отвечает с утра, а сейчас вовсе отключился. Ведёт себя крайне странно. Обиделся, что ли? Взрослый мужик, а действует как ребенок. Только что его, интересно, так задело? Это я должен его упрекать, что так упорно пытается мне доказать, какая Маша продажная, в то время, как продажная рядом с ним.
По пути в больницу заезжаю в магазин, покупаю фруктов. Узнаю, в какой она палате, поднимаюсь, чувствуя покалывания в груди. Бабушка Маши радуется, увидев меня.
— Внучка только уехала. Минут двадцать, наверное, — сообщает мне старушка. — Сказала, что ты занят.
