Автор
Жизнь экономистки Елены Фроловой казалась скучной и далекой от экстраординарности — до тех пор пока она не узнала о большом долговом бедствии своего прошлого, которое теперь стало известно всем миром после внезапного вторжения инопланетян.
Пока мы поднимались, я почувствовала на себе далеко не один ненавидящий взгляд. Так же там был и мой воздыхатель, который так и не оставил меня в покое. Когда мы приблизились к самому верху, я заметила старейшин с еще двумя элохаями, которых видела на балу. А вот увидеть сестру Ларэна было как-то неприятно, хотя она мне никогда ничего не делала.
Внешне она была точной копией своей матери, даже лед, который был в ее глазах, такой же. Она смотрела на меня как на врага, при этом улыбаясь очень мило. На руках ее держал один из мужей, а остальные стояли за спиной.
К нам стали выходить жнецы, впереди шли их жрецы. Четверо жрецов шли по лестнице по центру, а вот жнецы шли вдоль толпы, образуя таким образом линии с обеих сторон.
После того как все, стоящие внизу и наверху, жнецы сменили свой лик на тот устрашающий, что я видела в храме, полилась очень спокойная, но красивая мелодия. Представители расы преследующего меня красавца запели. В начале нашего пути, как по волшебству, вплыли шесть украшенных платформ, на которых лежали тела умерших.
Выглядело это очень красиво. Только всю красоту совсем не красили демонстративные всхлипывания женщин. Дочь этой женщины уже рыдала на взрыд громче всех, казалось, что если муж сейчас ее отпустит, она бросится к телу матери. Вот только когда наши взгляды встретились, там не было и капли боли, которую она играла на публику.
Когда платформы приблизились к нам, то я увидела, что их тела были покрыты полупрозрачной тканью, а вот лицо женщины в отличии от мужей было еще закрыто золотой непрозрачной вуалью. Видимо, никто не должен видеть лицо женщины после смерти.
Платформы зависли над кострами, и после этого пение прекратилось, но не надолго. Одна песнь сменилась другой, которую теперь исполняли жрецы смерти.
