Автор
В кабинете доктора Фэйрвуд столько напряжения, что каждое слово медсестры кажется сигналом к действию. Стоит только подумать о пациенте с открытым переломом и раной на животе, и сердце колотится. Время ускорилось, а дыхание стало короче — как быстрое бегство сквозь атмосферу опасности, которая накрывает доктора Фэйрвуд в этот момент....
С бедром тоже закончили.
Я отступила от операционного стола, чувствуя, как напряжение медленно уходит.
— Отличная работа, команда, — сказала я, снимая перчатки. — Теперь остаётся надеяться, что он справится.
Я посмотрела на дракона. Сразу видно, что яркий представитель своего племени. Огромный, широкоплечий, подтянутый, черты лица словно высечены из камня, и даже сейчас, без сознания, чувствовалась его сила и власть.
Наверняка он привык командовать и приказывать. Губы поджаты, на щеках двухдневная щетина. Волосы чёрные как крыло ворона.
В нашей работе не было места чувствам.
Я посмотрела на старшего врача. Пожилой доктор Валтари, который занимался бедром, одобрительно покачал головой.
— Я закончу тут.
— Уверена? Ты с дневной тут, — спросил участливо мужчина.
— Всё нормально. Потом я сразу домой.
— Хорошо.
И все покинули операционную. Я сняла перчатки, закатала рукава. По рукам прошла волна магии.
Я подкатила к себе стул и села.
Маги-целители были на вес золота в любом госпитале. Только всё ей не сделать. Сначала в любом случае нужно было зашить, устранить повреждения, а уже потом сращивать ткани и усиливать природную регенерацию.
Я осмотрелась.
Никого точно не было.
— Ну что же, дракон. Не знаю, как так вышло, что ты попал в аварию. Но ты не умрёшь. Только не в мою смену.
И я отдалась процессу. Зеленовато-голубые всполохи магия полились из рук. Я держала ладони над ранами, помогая клеткам и тканям восстанавливаться, усиливала регенерацию.
И судя по тому, сколько я влила в него магии и что меня уже шатало, дракона могли и не довести до больницы.
Я стряхнула руки, встала. Меня повело, но я удержалась.
Надо же, столько впитал магии, словно губка. Кажется, там ещё и ящер его подпитался.
Потрясла головой. Вышла из операционной. Там стояла Тария с чистым халатом и полотенцем.
— Так и знала, что снова выжмешь себя. И так бы выкарабкался этот, — проворчала женщина, лучики морщин собрались около её добрых глаз, а губы были поджаты.
— Не ворчи. Это моя работа.
— Не ворчать. Легко сказать. Из-за него нас тут всех подняли на уши, наш главврач до сих пор носится на цыпочках.
Я усмехнулась.
— Ладно. Я в душ и уже заканчиваю. Отчёт после напишу.
— Да иди. Я попрошу Валтари, пусть напишет за тебя. А то ты и оперируешь и лечишь, а он что? Пусть тоже напряжётся.
Я обняла женщину, которая отчего-то взяла надо мной шефство в этом госпитале, где я работала уже год.
