Автор
Стремление к беззаботному веселью улетучило его, заменив ярость и решимость. Степан чувствовал себя окруженым зловещей тьмой, где даже музыка вынашивала бурное негодование. Он держался за стакан, словно это была последняя защита от мрачной атмосферы клуба.
Покусывала губы, пыхтела, но молчала.
Степан откинул голову, упираясь затылком в кресло. Ну, до чего же упертая девушка досталась ему!
— Я не могу иначе, — наконец, вздохнула Ягушка, — Так я чувствую себя нужной хоть кому-то.
Ажуров потер затылок рукой, разминая мышцы. Поднимающаяся головная боль холодила тело, суля неспокойную ночь. Степан поморщился. Подходящие слова отказывались приходить на ум. И все, чего ему хотелось — обнять девчонку. Но судя по ее напряженным плечам, его объятия — последнее, в чем она сейчас нуждается.
"— Когда заболела моя сестренка, я была не намного старше Никиты, — вдруг прошептала Ядвига, — У нас не было денег, мама хваталась за любую работу. Отец сбежал, как только врачи поставили диагноз. Нужна была срочная операция, и мама попросила помощи у сестры отца. Я точно знаю, что деньги у нее были. На тот момент она захомутала какого-то папика и выбирала, какой брюлик больше подходит к цвету ее глаз. «Вы никто» — так ответила она на просьбу мамы. В итоге, сестра умерла.
Ядвига говорила, а Степан и не заметил, что уже давно поглаживает ее сжатую в кулак ладошку. А девчонка и не противилась. Сама подавалась ближе, придвигалась, точно забитый зверек, тоскующий по нечаянной ласке.
— Знаешь, о чем я иногда мечтаю? — тихо прошептала Ягушка, — Понимаю, что так нельзя думать. Но ничего не могу с собой поделать.
— Добрая ты у меня, — улыбнулся Степан, ему вдруг тоже захотелось придушить женщину, оставившую в беде Ягушку.
— Какая есть, — проворчала Ядвига.
Она словно опомнилась, что сидит в полной тишине у Степана в машине. Практически влезла на него. Хорошо, что ноги все еще оставались на сиденье.
Степан распознал то самое мгновение, когда Ядвига собралась вырваться из его рук. Ему было уютно и хорошо. Ее прикосновения дарили покой, расслабляли напряженные мышцы. Он, честно признаться, ловил настоящий кайф. И он будет полным кретином, если отпустит сейчас девчонку.
— Спокойно, Ягодка, — пробормотал Степан, — Очень прошу, не убирай рук. Они у тебя просто волшебные.
