В ропственной беседе рождается необычное объединение: два крайне разные личности — одного худощавого с кудрявыми волосами и другого массивного, но оба – будущие командир и штурман. Они идут по своим дорожкам в жизни, пока случай не сводит их вместе. Взгляд со стороны скажет о разнобойности, однако, внутри они обнаруживают нечто глубже - единство миссии и взаимопонимание....
Все так же, не вставая, пополз к другому ее краю и, улегшись на живот, аккуратно высунулся и стал наблюдать за действиями этих, на удивление живых мертвецов.
Неугомонный лич доковылял до того места, где я недавно прятался и, не обнаружив там меня, остановился и, судя по всему, задумался. Теперь все зависело от того, насколько правильно я предугадал его действия. Если он развернется и пошкандыбает обратно…
Нет! Ура! Постояв и подумав, неупокоенный побрел к следующей куче, но не к той, за которой я прятался, а к соседней, но та располагалась к нему чуть ближе, чем моя и чуть вбок.
Не обнаружив меня за следующей кучей камней, лич поковылял к той, за которой прятался я. Я, заняв позицию, сидел и, можно сказать, не дышал, чтобы ненароком не выдать свое местоположение. Ориентировался я по звуку шагов. После того, как собрат этого неживого путешественника перестал швыряться своими темными горячими шариками, в подземелье установилась тишина, и в этой тишине я отчетливо слышал шаги неугомонного лича, пытающегося найти и сделать мне больно.
Когда шаги приблизились ко мне, я резко выпрямился, даже немного подпрыгнул, и со всего размаха влепил острым краем камня, который сжимал обеими руками, прямо по голове не в меру любознательного лича.
Ну, не знаю, то ли я настолько могуч, то ли мне просто повезло, но этот неупокоенный труп рухнул на пол, даже не мяукнув, а я, тоже упав рядом, почувствовал, что под моим руками что-то липкое, и это липкое, вроде как, течет.
Я быстро дернул их к себе и обнаружил, что они испачканы в каком-то серо-зеленом тягучем, как мед, веществе. Еще не поняв, что это такое, я брезгливо вытер их о плащ мертвеца и только после этого поднялся на ноги… чтобы тут же отпрыгнуть в сторону, уворачиваясь от пущенного в меня фаербола.
М-да, чувствую, что оставшийся лич сильно расстроен окончательной смертью своего собрата по ремеслу и отпраздновать мне это событие не даст! Мое мнение на этот счет укрепилось после того, как в меня полетел очередной фаербол.
Я обратил внимание, что фаерболы стали меньше размером и летели довольно медленно, так что я успевал от них уворачиваться, не включая свой, порядком разряженный щит. Да и паузы, нужно сказать, стали гораздо длиннее, видимо, он испытывал определенные трудности с набором манны.
