В ропственной беседе рождается необычное объединение: два крайне разные личности — одного худощавого с кудрявыми волосами и другого массивного, но оба – будущие командир и штурман. Они идут по своим дорожкам в жизни, пока случай не сводит их вместе. Взгляд со стороны скажет о разнобойности, однако, внутри они обнаруживают нечто глубже - единство миссии и взаимопонимание....
Действительно, вдруг синяя сталь не так хороша, а я уже губы раскатал!"
"— Нет, — успокоил меня отец, — серебряная сталь хуже синей. Синяя сталь — это вообще считается шедевром кузнечного ремесла! Я тебе уже говорил, что работать с ней могут немногие, и не потому, что какой-то запрет, а потому что просто не хватит мастерства! Там есть какие-то тонкости в ее производстве. Говорю сразу, — он видимо заметил, что я собираюсь задать вопрос, — я не знаю! Если тебе это так интересно, то можешь попытать Гмалина! Хотя… — он опять замолчал и еле слышно пробормотал себе под нос: — Интересно, почему его не было в том списке? Или список не полный, или он раньше носил другое имя.
Только я навострил уши, чтобы послушать батины размышления, как он резко оборвал сам себя и подозрительно на меня покосился. Я сделал вид, что о чем-то сильно задумался, и… опять споткнулся! Что же мне сегодня так не везет?!
— Короче, — продолжил вдруг отец, видимо вспомнив о заданном мной вопросе, — серебряная сталь по сравнению с синей, это как простой стальной меч по сравнению с харалужным.
Я кивнул головой. А чего тут сечь? Я так сразу и понял, что офигительные мечи мне Гмалин подарил! Осталось научиться ими работать, но это я сделаю, это зависит только от меня, а желание у меня есть.
— Пап, — пока у отца хорошее настроение, я решил попробовать обратиться к нему с просьбой. — Я хочу попрощаться с ребятами, с которыми лазил в подземелье, за Дианой.
— И чего ты хочешь? — недоуменно посмотрел на меня отец. — Моего разрешения? Так, считай, что оно у тебя есть!
— Нет! — я мотнул головой. — А можно мы соберемся на нашем постоялом дворе, так, рядом с тренировочной площадкой?
— Ну, а почему нельзя? — пожал плечами отец.
— И еще… Пап, — я волновался, так как это была самая слабая часть моей просьбы. Я замялся, а потом просто подумал:
«А! Ну, в конце концов, он откажет, ну и что? Просто не получится сюрприза, и все!»
И, ободренный этой мыслью, я и озвучил свою просьбу отцу, поглядывающему на меня с любопытством.
— Пап, ты же у нас, оказывается, городская легенда, — отец, молча, кивнул головой, при этом многозначительно хмыкнув. — А не мог бы ты, ну, прийти к нам и сказать ребятам пару слов? Они бы гордились этим…
Я вопросительно посмотрел на отца. Он думал буквально мгновение.
— Хорошо! — я от радости подпрыгнул.
