В ропственной беседе рождается необычное объединение: два крайне разные личности — одного худощавого с кудрявыми волосами и другого массивного, но оба – будущие командир и штурман. Они идут по своим дорожкам в жизни, пока случай не сводит их вместе. Взгляд со стороны скажет о разнобойности, однако, внутри они обнаруживают нечто глубже - единство миссии и взаимопонимание....
— Они все взрослые, им вкусненькое уже не положено!
Все начали смеяться, а Иля, обведя всех непонимающим взглядом вдруг продолжила:
— Хотя… Вот Раст еще не очень взрослый, ему можно, но… — она тяжело и горестно вздохнула, — …он же готовится стать воином, а поэтому должен тренироваться стойко переносить всяческие тяготы и неудобства…
Все, включая меня, уже откровенно ржали.
Иля опять обвела всех удивленным взглядом и пожала плечами.
— Так что, их ответа можно не ждать! — твердо заключила она.
— А вдруг им просто кушать хочется? — осведомился отец, присев на корточки напротив малявки, чтобы ей не приходилось все время задирать голову.
— Ну, — сделала вид, что задумалась, малявка, одновременно стрельнув по всем лукавым взглядом. — Если кушать, то, конечно, возьмем!
Она согласно кивнула головой.
— Ну, вот и хорошо! — сказал отец, поднимаясь с улыбкой во весь рот. — Кто хочет просто кушать, без вкусняшек, — уточнил он, — можете присоединяться!"
"Желание покушать изъявили все.
— Так! — ненадолго задумался отец. — Я уже давненько здесь не был, но раньше недалеко отсюда был хороший трактир. Назывался он… — отец задумался, пытаясь вспомнить название. — Нет, уже не помню! Но вот, где находится — покажу!
И действительно! Буквально через десяток минут блуждания по каким-то переулочкам, черным ходам, проходящим через здания, но не выходящим в общественную часть, мы очутились перед входом, над которым висела вывеска, сообщающая всем, умеющим читать, что трактир называется…
— Красавица! — отец наклонился к малявке, так и продолжавшей идти рядом со мной, крепко ухватившись за мою руку.
Малявка еще какое-то время смотрела на него удивленно, потом кивнула, подняла глаза вверх и быстро прочла:
— У старого Гелли.
— Точно! — отец обрадованно махнул рукой. — У старого Гелли! — повторил он.
— Ну, что, пошли? — полуспросил, полупредложил он и первым зашел внутрь, широко распахнув дверь. Все потянулись за ним.
— Брокс! — услышал я вопль изнутри и так и застыл с занесенной ногой.
«Не ужели еще один враг? — в смятении подумал я.
