Осенью 1937 года страна ожидаемо вздрогнула. Война снова витала в воздухе — зловещая твердь "война" вертелась на каждом углу. Но все же официальное объявление о выдвижении наших войск стало для народа настоящим шоком. Ведь ранее главным был принцип не начинать военные действия до агрессии со стороны противника....
Больше не было играющего на пианино или рояле сопровождения и картинок с текстом. Да, кадры еще были черно-белыми, зато появился звук. Герои на экране говорили своими голосами. Единственное, что сначала резало слух, и я не сразу понял, почему — почти не было звуковых эффектов. Нет, если заводился трактор или там громко стукнула дверь — это добавили в звуковую дорожку, но вот мелкие шорохи от шагов, шелест колыхающейся на ветру травы и сотни иных подобных звуков, незаметно сопровождающих нас повсюду — этого не было.
— Такой хороший фильм! — с восторгом делилась впечатлениями Люда.
— Давненько, — согласился я. — Но им есть еще к чему стремиться.
— Это к чему же?
— Помнишь сцену, где Василий подкрадывался к Тамаре? Ну там, где она стоны издавала и он думал ее за изменой застать, а в итоге оказалось, что она сапоги сняла, которые ей малые были, и от этого наслаждение испытала?
— Да, смешное у него лицо было, когда он сначала на нее с обвинениями кинулся, а затем сапоги увидел, что сам и подарил, и от нее же сковородкой огреб, — рассмеялась Люда.
— Вот там можно было музыкальные звуки добавить. Сначала нарастающее напряжение, интригу создать, а затем — какой-нибудь веселый мотивчик, под который он от нее убегал и извинялся.
У жены было хорошее воображение, и улицу снова огласил ее заливистый смех.
— Да уж, точно — это было бы шедеврально.
— Вот и я о том же, — улыбнулся я в ответ.
