Осенью 1937 года страна ожидаемо вздрогнула. Война снова витала в воздухе — зловещая твердь "война" вертелась на каждом углу. Но все же официальное объявление о выдвижении наших войск стало для народа настоящим шоком. Ведь ранее главным был принцип не начинать военные действия до агрессии со стороны противника....
Враг, а статьи точно подготовлены и распространены противником, осуществил весьма коварный ход. Одним махом ведется подрыв морального духа и воли к победе среди наших сторонников, и вместе с тем — нанесен удар по доверию к газетам Коминтерна. Информация, что есть подделки, распространится быстро. Как простому испанцу различить — где настоящая газета, а где — «липа»? Любые новости от нас станут восприниматься с изначальным скепсисом. Даже положительные, ведь что мешает врагу «пообещать» что-то от нашего лица, а мы не выполним, что естественно, такого обещания.
— Сволочи! — процедил я, лихорадочно думая, как купировать проблему.
Первое, что пришло в голову, сделать какой-то опознавательный знак для оригинальных газет.
Я тут же сел писать докладную записку, которую собирался прочесть на очередном совещании в Ставке. В ней я подробно описал проблему, какие последствия могут быть, если не задавить подделки сейчас, и методы борьбы с этими подделками.
Да уж, прилетело откуда не ждали.
— Делать газеты на бумаге для денег? Да еще с такой же защитой? — удивился Антон Сафьянов — представитель Ставки, по совместительству работающий в Наркомфине.
Антон Валерьевич курировал финансовое распределение средств и делал отчеты о целевом использовании этих средств.
— Это проблема? — уточнил я, так как хоть и понимал, что производство банкнот — процесс не простой, но насколько трудоемкий и можно ли его переложить на иные цели, у меня было слабое представление.
— Большая! — тут же «оправдал» мои худшие ожидания Сафьянов.
