Осенью 1937 года страна ожидаемо вздрогнула. Война снова витала в воздухе — зловещая твердь "война" вертелась на каждом углу. Но все же официальное объявление о выдвижении наших войск стало для народа настоящим шоком. Ведь ранее главным был принцип не начинать военные действия до агрессии со стороны противника....
Все закончилось также быстро, как и началось. В один момент Тальков перестал крутить виражи и выровнял полет нашего «ишака». И я наконец сумел разглядеть уходящий к земле дымный хвост вражеского самолета.
— Ссадил, засранца, — удовлетворенно сказал Гриша минуту спустя, когда противник пропал в гуще ветвей деревьев тайги.
— И часто тут такое бывает? — спросил я его, немного придя в себя.
— Не, — я сидел сзади и увидел, как он мотает головой, — обычно бой в воздухе не одиночный. Прилетают их звенья, наши поднимают самолеты в ответ, и закручивается карусель.
Слова Гриши подтвердились, когда мы все же добрались до штабного аэродрома. Оказалось, что передний край наших войск заметили подлет разведчика противника и шуганули его. Вот только он набрал высоту и пролетел вглубь нашей территории. Перехватчики тут же были подняты по тревоге, но шустрый японец успел скрыться. Причем из-за своей же глупости — шел он не по ориентирам, как обычно поступают летчики на незнакомой местности, и не к важным объектам, если бы летел по приборам, а в «пустоту».
— В рубашке ты родился, Сергей, — с такими словами встретил меня Василий Константинович. — Повезло тебе, что Григорий — мастер пилотажа. Так-то обычно Роман у нас за курьера, а Гриша на подхвате. Летать он любит, вот и просит всегда, стоит из вылета ему вернуться, еще какой полет дать.
— Он говорил, что часто за «почтальона» работает, — заметил я.
— Потому и часто, что постоянно просится, — ответил маршал Блюхер.
Но несмотря на показное радушие ко мне, стоило нам оказаться в штабе, как он тут же превратился в сурового и даже авторитарного командира.
— Разведка! — рявкнул он. — Почему проморгали вражеский самолет⁈ Вы чем занимаетесь? Где доклад о силах японцев на переднем крае⁈
— Товарищ командарм, — подскочил мужчина в звании подполковника, — разведка выслана три часа назад, но бойцы еще не вернулись…
— Чем они там занимаются? Мух считают⁈ Смирнов!
— Я! — подскочил молодой капитан.
— Радируй Миронову — пускай его конезадые пощупают узкоглазых. Если разведка провалилась, то надо спровоцировать врага.
— Есть! — козырнул капитан и тут же взял наушники, закрутив ручку рации."
"Атмосфера в штабе разительно отличалась от той, что я видел на Западном фронте.
