Осенью 1937 года страна ожидаемо вздрогнула. Война снова витала в воздухе — зловещая твердь "война" вертелась на каждом углу. Но все же официальное объявление о выдвижении наших войск стало для народа настоящим шоком. Ведь ранее главным был принцип не начинать военные действия до агрессии со стороны противника....
— Точно вам говорю, нас хотят подставить!
— Ян Адамович, мне нужен рупор, — отмахнулся я от его объяснений. — Сейчас же!
Стрелять в воздух нет смысла, тут и так выстрелов хватает. А вот привлечь внимание громким криком и уверенным тоном уже более вероятно.
Рупор нашелся быстро. Собственно, с его помощью до недавнего времени, пока к собравшимся не пообещал выйти убитый Мосцицкий, усиленно «подогревали» толпу. Вот и сейчас я схватил его и побежал обратно на трибуну.
— Приказываю! Немедленно прекратить стрельбу! — крикнул я, обращаясь в первую очередь к полиции.
Пусть не сразу, но меня услышали. Полиция сначала хотела «махнуть рукой» на какого-то пацана, но тут и Аронов не «щелкал клювом». Уж не знаю, успел ли он поймать убийцу, но вот найти начальника полиции и быстро объяснить ему, кто я — вполне. Благо они сейчас стояли рядом и важный поляк с красной от долгих криков и ярости мордой принялся раздавать приказы, стоящим рядом с ним чинам поменьше.
Потребовалось еще минут двадцать, прежде чем паника и гомон окончательно стихли, и процесс стало возможно хоть как-то контролировать. За это время к трибуне подошел и начальник полиции с Ароновым. Как я выяснил, начальника полиции здесь называли шефом, а конкретно этого мужчину звали Людвик Панчерц. Выглядел он внушительно: в полицейской форме, схожей кроем и по пошиву с военной, в фуражке с кокардой. Лицо строгое, двигался по-военному четким шагом.
— По какому праву вы стали отдавать приказы? — лязгнул он голосом.
— Вы бы желали, чтобы как можно больше людей погибло от пуль ваших подчиненных? — в ответ «наехал» я на него. — Как видите, никто иной не пытался взять на себя ответственность за усмирение народа.
— Я видел, как вы прикрылись телом нашего президента. Вы видели убийцу, наверняка и спланировали убить нашего президента и посеять хаос в нашей столице, скажете не так?
— Не стал бы я здесь оставаться, будь так, как вы сказали.
— Пара наших людей погнались за ним. Пока доклада от них не было.
— Что с другими членами правительства Польши? Где они?
— На площади никто из них замечен не был. Из дворца, насколько мне известно, никто не выходил. Скорее всего, они там.
— Нам нужно встретиться и обсудить — что это было.
