Автор
В обеденный час Джорджина Мэлори спускается в столовую, где ее ждет муж. Ее сыновья-близнецы, Гилберт и Адам, уже убегают по лестнице, оставив пустые тарелки на столе. Джорджина привыкла к их постоянному стремлению бежать, но теперь это вызывает больше сожаления, чем прежде. В этот день она планирует рассказать им страшную историю о прекрасной буре, которая изменит их взгляд на мир....
– Ого! Вот, значит, кто я – «непонятная личность»!
– Разве не вы сами сказали, что вы – «другой»?
– Я бы не стал рассматривать завоевание вашего сердца в таком контексте, но если вы занимаетесь сокращением длинного списка претендентов на вашу руку, то можете добавить меня туда…
– Я не занимаюсь никаким сокращением, – оборвала Жаклин его тираду, – но счет я веду. Просто мне нужно немного времени, чтобы понять, не являетесь ли вы одним из этих завсегдатаев вечеринок, повесой, младшим сыном или вообще трудягой.
– Ну, я воздержусь от комментариев, чтобы не сказать слишком много.
– То есть вы не желаете снимать маску, так? – усмехнулась Жаклин.
– Ну, если это вас развлекает, то да, я полагаю, что еще рано. – Она была уверена, что под маской незнакомец улыбается.
– Ну что же, по крайней мере, судя по тому, как вы одеты, вы не нищий, – уверенно заметила Жаклин.
– Я мог и украсть этот костюм, – парировал он.
– Вы вор? – Брови девушки взлетели вверх.
– А, значит, вы пропустили такую возможность в списке возможностей непонятных личностей?
– Я такую возможность не рассматриваю вовсе.
– Но вы могли бы спасти и изменить меня!
– Я бы сказала «до свидания».
– Даже если скинуть со счетов подобную возможность, разве я не остаюсь смелым и обаятельным молодым человеком, именно тем, который нужен вам, чтобы не умереть со скуки?
Жаклин уже собиралась уйти. Ее расстроило то, что он оказался совсем не тем человеком, которого, если бы незнакомец ей понравился, мог бы принять ее отец. Но он удержал ее и даже на краткий миг привлек к себе.
– Я пошутил, – быстро произнес незнакомец. – Только раз в жизни я нарушил закон, и это была небольшая шалость, никому не причинившая вреда, так что вряд ли я могу подойти под категорию «преступник».
Возможно, так и есть, но Жаклин решила продолжить расспросы:
– И что же вы совершили?
– Я редко исповедуюсь перед незнакомцами. А вы?
– Только когда речь идет о таких вещах, как брак.
– Ну, если я обречен стать другом, пусть даже на год-другой, то почему бы нам не встретиться после бала, чтобы мы могли получше друг друга узнать?
Вместо того чтобы возмутиться таким нарушением приличий, Жаклин фыркнула. Она была рада, что хоть в чем-то не ошиблась.
– Так вы повеса из храбрых? В чем-то мне это даже симпатично. Но я не хочу, чтобы мой отец вас ненароком прибил.
