Автор
В обеденный час Джорджина Мэлори спускается в столовую, где ее ждет муж. Ее сыновья-близнецы, Гилберт и Адам, уже убегают по лестнице, оставив пустые тарелки на столе. Джорджина привыкла к их постоянному стремлению бежать, но теперь это вызывает больше сожаления, чем прежде. В этот день она планирует рассказать им страшную историю о прекрасной буре, которая изменит их взгляд на мир....
Нужно убедиться, что на них нет зайцев. Жак только говорит, что все понимает, однако это не значит, что она не поддастся эмоциям.
– Я отплыву до того, как она сообразит, что происходит.
– И все же будет лучше, если, отплывая, ты будешь видеть ее стоящей на берегу. Хорошо, давай посмотрим, что за информацию содержит это письмо, то ли это, чего ты ждешь. – Джорджина прочитала письмо первой и затем вручила его мужу. – Не думаю, что это так.
Глава 2
По проходам, расположенным с обеих сторон от скамей, стоящих в левой половине зала, быстро, стараясь не привлекать внимания, шагали пятеро мужчин.
– Какого черта им тут нужно?
Но мысли Жаклин занимал вопрос: почему отец не сел рядом с ними? Она решила, что он захотел поддержать своего брата Тони, готовившегося к тому, чтобы вести свою дочь к алтарю.
Почему же эти пятеро вели себя так таинственно?
Джеймс не вернулся к семье, а сел рядом с Тони на скамье в первом ряду. Их старший брат Джейсон сидел рядом с Рослин, расположившейся по другую сторону от Энтони. За ними, заставив потесниться своих жен Шарлотт, Реджи и Дэнни, примостились Эдвард – еще один старший брат, Николас Иден и Джереми.
Но вот недовольные гримасы гостей сменились ухмылками, и даже послышалось несколько смешков. Стало, наконец, ясно, почему эти пятеро так себя вели – они явно готовились приструнить Энтони и незамедлительно бы это сделали, если бы он высказал какие-либо возражения против брака или подал голос в тот момент, когда священник задал положенный вопрос.
Жаклин восхищалась их героизмом, хотя она-то как раз не думала, что такая предосторожность необходима.
И вот, наконец, Джудит и Натан Тремейн были объявлены мужем и женой, и Натан поцеловал Джудит. Жаклин улыбалась, хотя на ее щеках снова заблестели дорожки от слез.
