Автор
В мрачном замке, где властвует холод и печаль, ждет история о роковой натурщице. Когда светлые глаза Николь ярко блеснут в тени, она становится не просто персонажем — но живым зеркалом своих смеренных героев. Как ее души могут спастись в мире без любви и признания?
– Это Тереза, – сказал он. – Она моя экономка. – Он повторил фразу по-испански.
Тереза улыбнулась и произнесла несколько слов, которые Зуки не поняла.
Рамон покачал головой и отпустил экономку, а затем протянул руку, чтобы положить печенье на тарелку.
– Что ты будешь пить? – спросил он Зуки.
– Кофе, пожалуйста. Спасибо.
Он налил две чашки, добавил в кофе сахар и сливки и протянул чашку Зуки.
Несколько минут он молча пил кофе, а Зуки ела маленький бутерброд. Не выдержав напряжения, она взяла треугольное печенье и впилась в него зубами, ощущая на языке сливочную начинку.
– Что это? – спросила она.
– Печенье называется пастелитос. Тереза его готовит лучше всех. – Он пододвинул ей поднос. – Угощайся!
Зуки не отказывалась.
– После того как мы поедим, я покажу тебе твою комнату. Когда ты отдохнешь, я познакомлю тебя с остальными сотрудниками и покажу виллу. Завтра утром, Зуки, я буду ждать тебя у себя.
– Завтра вечером, – быстро возразила она, проглотив печенье.
Он поставил чашку на блюдце.
– Почему ты решила впустую потратить еще двадцать четыре часа?
Она напряженно повела плечами:
– Разве не достаточно того, что мы согласились сделать это? Почему мы должны делать это днем?
Он слегка округлил глаза:
– Ты пытаешься сказать мне, что ты занимаешься сексом только ночью, Зуки? – протянул он.
Она поставила чашку и блюдце на стол.
– Мы обсудили мой месячный цикл. Но я не стану обсуждать с тобой свои сексуальные предпочтения.
– Сколько любовников у тебя было? – тут же спросил он.
– Возможно, ты не слышал меня…
– Я услышал тебя. Ответь на мой вопрос.
Она уставилась на него, желая бросить ему вызов.
– Сначала ты скажи, сколько любовниц у тебя было, – произнесла она, зная, что на этом абсурдный допрос окончится.
Он назвал ей цифру. Она была намного меньше, чем ожидалось.
– Закрой рот, Зуки. Не все, что ты читала обо мне в газетах, является правдой. На самом деле девяносто процентов из того, что обо мне написано, ложь. Твоя очередь.
– Два, – пробормотала она.
– Два? – переспросил он.
– Да.
Он изучающе смотрел на нее, и она опустила глаза. Он обхватил пальцами ее подбородок, заставляя Зуки посмотреть ему в глаза.
– Включая меня?
Она резко кивнула и отстранилась от его прикосновения.
– Включая тебя.
– У тебя были серьезные отношения? – настаивал он.
– Нет, отношения были очень короткими. – Поставив на стол пустую тарелку, она поднялась на ноги. – Это все? Я могу идти?
Он встал рядом, возвышаясь над ней.
