Автор
В романе "Прекрасный подонок" хитрый и умный младший брат начинает карьеру отменным подчиненным, заставляя всех остальных работать на него. Вдохновленная этим, молодая женщина решает стать самой вершиной в своей компании, наблюдая за тем, как ее моложе и менее опытный брат достигает успеха с помощью хитрости и предательства....
Не удосужившись даже взглянуть на меня, он схватил стопку бумаг и зарылся в них.
Козел.
Когда я наконец-то собралась занять свое место, по комнате раскатился звонкий голос Генри:
– Кстати, Хлоя, пока я там ждал, я нашел на полу это.
Подойдя к нему, я увидела две антикварные серебряные пуговицы, лежавшие у него на ладони.
– Не можешь поспрашивать у людей, кто это потерял? Похоже, они довольно дорогие.
Я почувствовала, как стремительно краснею. Совершенно забыла о разорванной блузке!
– Э-э. Да, конечно.
– Генри, можно посмотреть?
Мой босс-придурок неожиданно встрял в наш разговор и ухватил пуговицы с ладони брата. Обернувшись ко мне, он злорадно ухмыльнулся:
– Разве у вас не было кофточки с такими пуговицами?
Я быстро оглядела комнату. Генри и Эллиотт уже погрузились в разговор, не обращая внимания на то, что происходило между нами.
– Нет, – ответила я, стараясь говорить как можно безучастней. – Не было.
– Вы уверены?
Взяв мою руку в свою, он провел пальцем от запястья вверх, а потом вложил мне в ладонь пуговицы и аккуратно сомкнул вокруг них мои пальцы.
Я выдернула руку так, словно сунула ее в огонь.
– Абсолютно уверена.
– А я мог бы поклясться, что в четверг на вашей кофточке были маленькие серебряные пуговицы. Той, розовой. Я еще заметил, что одна пуговица едва держится, когда вы пришли ко мне наверх.
Если это было в принципе возможно, я покраснела еще больше. Что за дурацкая игра? Неужели он пытался представить все так, будто я заманила его в конференц-зал?
Наклонившись настолько близко, что его дыхание обожгло мне ухо, он прошептал:
– Вам в самом деле следует быть осторожней.
Сдерживаясь из последних сил, я опустила руку и прошипела сквозь стиснутые зубы:
– Подонок.
Он отшатнулся, словно я отвесила ему пощечину.
Непонятно, зачем он прикидывался изумленным, если первым нарушил правила? Одно дело – вести себя со мной как придурок наедине, и совсем другое – подвергать мою репутацию риску в присутствии других исполнительных директоров.
В течение всей встречи мы обменивались взглядами, причем мои были полны ярости, а его – растущей неуверенности. Я изо всех сил старалась глядеть на разложенные на столе распечатки с таблицами, чтобы не встречаться с ним глазами.
Как только все закончилось, я собрала свои вещи и поспешила прочь. Но, как я и предполагала, он тут же припустил за мной к лифту.
