Автор
Прелестная дикарка: Вдали от цивилизации, в горах, наша герoinя обретает силу и решимость. Жизнь в стенах замка была удушающей для нее, но здесь она становится темной богиней, олицетворяющей свободу и независимость. Уровень ясности: 250 символов.
Он был почти серый от потери крови. Если он умрет на ее…
— Я пошлю сюда немного еды, на случай если вы передумаете, — прошептала леди Эммелин, а затем обернулась к Элдре. — А вы спуститесь вниз перекусить вместе с вашим мужем?
Взглянув на кузину и заметив ее неуверенность, Шинейд сказала:
— Иди с ней, Элдра, поешь с Малышом Джорджем. Нет нужды сидеть здесь вдвоем. Кроме того, я уверена, что леди Эммелин будет рада услышать новости о своем кузене лорде Рольфе.
— О да, конечно, — согласилась Эммелин, явно довольная предложением.
— Хорошо, — неохотно кивнула Элдра, — но если я тебе понадоблюсь, только крикни.
Шинейд кивнула, а затем снова переключила свое внимание на мужа, пока обе женщины выходили из комнаты. Она смотрела на лицо Блейка так долго, что черты этого лица врезались в ее память. Они не потускнеют даже через пятьдесят лет, если понадобится. Но она очень надеялась, что не понадобится. Она была слишком молода и слишком недолго замужем, чтобы оказаться вдовой.
Шинейд проснулась в своем кресле, сидя с головой, свесившейся на грудь.
Поморщившись, девушка потерла шею рукой и медленно встала, стараясь сдержать стон. За окном занимался рассвет. Она отдернула занавеси еще ночью, обнаружив под ними оконное стекло, которому очень удивилась. Затем открыла окно, надеясь, что свежий воздух поможет ей не заснуть. Это могло показаться глупым, но она ужасно боялась, что стоит ей перестать смотреть на мужа, и у него сразу начнется горячка.
По ее предположению, она спала час или два. Сейчас было раннее утро. Повернувшись к постели, она наклонилась и приложила руку ко лбу Блейка.
— Слава Богу! — обрадовалась она одновременно и тому, что он не был слишком горячим, а значит, не было жара, и тому, что он не был слишком холодным, а значит, Блейк еще жив. Его лицо покрывала такая белизна, что Шинейд вряд ли бы удивилась, умри он за то время, что она спала.
Усевшись в кресло, она неудобно поерзала. Все еще чувствовалась усталость. Теперь, когда пришло утро, а состояние Блейка не ухудшилось, вполне можно немного поспать. То, что он пережил эту ночь, — уже большой шаг.
Встав, девушка напрягла мышцы и прогнулась назад, избавляя тело от боли, скопившейся от долгого сидения в одной позе. Затем вернулась к кровати и осторожно прилегла рядом с Блейком.
