Автор
Превратившись в сильного пиррийского дракона, главный герой преодолевает невзгоды и становится центром внимания среди обжорщиков яшмы. В непростых условиях он открывает в себе потенциал и мастерство, необходимые для того, чтобы спасти мир от угрозы грядущей войны. Откройте вместе с ним этот взрослый роман-приключения о страстях, дружбе и самовоспитании в атмосфере опасной магии и ясного дракона....
– Как может дракон так вот разом измениться? Что за магия такая? У нас в племени больше не водится дракомантов!
– А мне нравилась Рубин! Как бы её вернуть…
Беда снова взлетела на скалу, встречая тревожные взгляды дракона и дракончика.
– Зря ты это, – покрутил носом Хамелеон, – тем более при всех. Будет много вопросов… Мне тут станет неуютно, если начнут показывать когтем.
– Ах, извини, – развела крыльями Беда. – Ну конечно, я должна была позволить Рубин умереть, лишь бы тебе было уютно.
– Где мама? Куда ты её дела? – замахал крылышками Утёс.
Проклятая огненная чешуя! Обнять бы его сейчас или хотя бы взять за лапу, как делал Глин, когда кого-нибудь утешал…
– Всё хорошо, маленький принц, – ласково сказала она, приседая и заглядывая малышу в глаза. – Ей придётся немного побыть другой, чтобы победить, но она всё равно твоя мама. Просто больше, сильнее и другого цвета, вот и всё. Она любит тебя так же, как и прежде.
– Не знаю, не знаю, – проворчал Хамелеон. – В неё было напихано столько фальшивой памяти, а теперь… Запросто может изменить отношение к кому угодно, даже к сыну.
Малютка Утёс закрыл мордочку лапами и горько разрыдался.
– Ты просто гениальный утешитель! – зарычала Беда, повернувшись к отцу. – Зубы тебе, что ли, когтями пересчитать?
Хамелеон отшатнулся, болезненно морщась.
– Я только хотел сказать, – зачастил он, – что сам не знаю, как получится. Рубин вообще не должна была решиться вызвать мать на поединок и уж точно не могла победить! Думаю, за семь лет наложенная личность развилась в настоящую, Рубин постепенно выработала характер.
Беда с отвращением фыркнула.
– Ты что, так прямо и написал про верность?
– Ну конечно! Такое и получил задание, ещё до нашей встречи, когда не знал, что ты моя дочь: убрать огонь из чешуи, добавить верность королеве Пурпур и стереть все воспоминания о земляном драконе по имени Глин.
– Ну и гад же ты, папаша! – сплюнула она дымом. – Немногим лучше Пурпур…
Из круга зрителей донёсся очередной вопль, и Беда обернулась к дерущимся. Пурпур пыталась дотянуться до глаз дочери, а та, цепко удерживая её за плечи, жестоко полосовала живот когтистыми задними лапами. Глаза старой королевы налились кровью, чешуя на груди и шее была вся изодрана, крылья висели лохмотьями.
