Автор
Беда – драконица с огненной чешуей, обречённая на одиночество. Её смертоносные способности делают её опасной для всех, кроме одного благородного дракона, готового преодолеть страх ради дружбы. Вместе они борются против жестокой судьбы, пытаясь найти спасение и надежду в мире, где огонь...
– Ты угрожала моим друзьям!
– Друзьям? – Звонкий смех Пурпур эхом запрыгал по склонам ущелья. – Может, и Ореола тебе подружка? Ты уверена, что кто-нибудь из них заплакал бы, брось я им в лапы не её голову, а твою? Признайся уж честно: никто, кроме меня, не любит тебя такой, как ты есть. Так было, и так будет всегда!
– Неправда, есть и другие, кто меня любит!
– Думаешь, они не изменили бы тебя, будь такая возможность? Не содрали бы с тебя огненную чешую, не заперли бы твою очаровательную дикость в клетку хороших манер? Не тешь себя иллюзиями, одна я считаю прекрасной каждую твою чешуйку!
– Только до тех пор, пока я делаю, что ты хочешь, – парировала Беда, – а едва начинаю думать сама, начинаешь ненавидеть.
– Вот это новость! – подняла брови Пурпур. – Ну и как, много уже надумала? Пока мне доводилось от тебя слышать только пересказ мыслей того земляного. Жду не дождусь твоих собственных!
– Да ладно вам, поспорили, и будет, – взмолился Нырок, опускаясь на дно ложбины, где стояли тесным кругом гигантские валуны, поросшие мхом.
Королева с Бедой последовали за ним. Трое драконов молча сверлили друг друга взглядами. Кроме Нырка, пожалуй, который выглядел до отвращения самодовольным.
– Вот видишь, – глянул он на королеву, усевшись поудобнее, – я умнее, чем ты думала. Сам догадался, хоть ты и скрывала правду все эти годы.
– Поздравляю, – процедила алая дракониха, с раздражением прикрывая глаза и выпуская дым из ноздрей.
– Это дочь Кречет! – воскликнул он. – А значит, и моя. – Его хвост дёрнулся, словно от желания обвить им Беду.
– Понятное дело, чья же ещё, – фыркнула Пурпур, – но ты сделал то, на что не имел права, и я решила не говорить о монстре, который появился на свет в результате. Уверена, так поступила бы любая королева в Пиррии.
– Что он сделал? – нахмурилась Беда в недоумении. Сердце её дрогнуло, словно пламя костра, который вот-вот потухнет.
Королева усмехнулась.
– Какая прелесть! Так и не сказал ей? Я, значит, скрывала правду, а ты? Врёшь своей собственной дочери. Хорош, нечего сказать!
Беда повернулась к отцу.
– О чём она? Я не люблю, когда мне врут!
– Знаешь… – замялся он, – сейчас не время. Потом расскажу всю правду, обещаю. Я…
– Можешь не рассказывать, – перебила Пурпур. – Я эту правду лучше сама… покажу!
Быстрее молнии она сорвалась с места и бросилась на небесного. Опрокинула на спину и прижала к камню.
– Стой! – завопил он, безуспешно пытаясь оттолкнуть её когтистые лапы.
