Константин Киба, бывший Первый Хранитель, оказывается в смертельной ловушке в незнакомом мире. Он просыпается в металлическом гробу, где ему предстоит выжить против врагов и загадочных обстоятельств. Новая сила порождает новых врагов, и теперь ему нужно найти выход из этой ситуации.
Раздел Chitat.online для книги «Превосходство Пробужденного. Том 3» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Константин Киба, бывший Первый Хранитель, оказывается в смертельной ловушке в незнакомом мире. Он просыпается в металлическом гробу, где ему предстоит выжить против врагов и загадочных обстоятельств. Новая сила порождает новых врагов, и теперь ему нужно найти выход из этой ситуации.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дмитрий Ра Легкое чтение Фантастика Попаданцы подборки серии
Константин Киба, бывший Первый Хранитель, оказывается в смертельной ловушке в незнакомом мире. Он просыпается в металлическом гробу, где ему предстоит выжить против врагов и загадочных обстоятельств. Новая сила порождает новых врагов, и теперь ему нужно найти выход из этой ситуации.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Все выпускники школы неодаренных «Новая Эра», вступившие в клуб должны будут стать моими верными… хм… подчиненными.
Надо лишь придумать что-то, что сделать с руководством этой школы. Георгий Александрович стал опасной фигурой. Но он может быть лишь исполнителем… Нужно выкосить эту угрозу в корне. Удивительно, но Исталов не остановило даже то, что я супруг Зерусы из Вальтов. Интересно, как бы они всем объяснили мою смерть? Уверен, придумали бы убедительную историю… Мол, сошел с ума, выпрыгнул из окна и сломал себе шею. Не такой уж я сейчас и важный, чтобы кто-то за меня впрягался. Разве что магнара бы это расстроило. Но Георгий Александрович не знает о наших с ним делах.
Может это и правда магнар меня и спас? Хотя очень сомнительно, что он переоделся в стража и устроил всем геноцид. Может это его слуга? Или он взял под контроль одного из стражей?
Потрещав с бомжами еще часок о тяжелой жизни и потери зрения из-за паленой водки, я включаю телефон. Как и думал, пропущенных хватает. О, даже от Георгия Александровича. И что он хочет мне сказать? Типа, извини, бро, что-то на меня нашло. Возвращайся, мы договоримся.
Еще через пять минут звонит неизвестный номер. Кто это, догадаться несложно. Я уже заметил подъехавший на парковку большой белый лимузин.
Теперь момент истины. Стоит ли мне ехать к Вальтам после случившегося? Уверен, они уже все знают. И как бы мне не оказаться в другой клетке. И уже не такой золотой.
На случай, если они будут шалить, у меня есть один очень весомый козырь. Вот они будут удивлены.
Коварно, улыбаюсь, сбрасываю вызов, прощаюсь с бомжами, иду в сторону лимузина.
Глава 20. Игры с огнём
Уже собираюсь уходить, как один из бомжей корчит миловидное выражение на заплывшим от алкоголя лице:
— Друг, а еще дай пятачок, а…
Пятачок — это пять долларов. Рублей у меня нет, приходится расплачиваться за одежду забугорной валютой, неплохо так переплачивая. А в обменники соваться опасно.
Замираю на мгновение, перебарывая желание посоветовать бомжу пойти поработать не только вымогателем тележек у торговых центров, но и грузчиком или кладовщиком. Руки ноги есть. Голова вроде тоже. За триста лет так и научился понимать таких существ. Но они неплохо исполняют свою роль за чарку крепкой сивухи. Иногда готовы на всё ради нее. Недооценивать пользу бомжей будет только глупец.
— Дам, если проверишь вон ту машину. И ни слова про меня. Просто загляни в окошко и разведай сколько там людей, во что одеты, как рожей вышли… Ну ты понял.
Заплывший мужик с охотой выполняет простецкое поручение. Подходит к лимузину. Вижу, как тонированное окно опускается. Бомжу что-то говорят, он сутулится, сдувается, возвращается.
— Там это… брат.
