Дня через два, поздним вечером мы с Мими валялись на койке ничего не делая, просто наслаждаясь теплом и близостью. Редко происходит подобное в последнее время, всё дела, заботы… Лежали "слипнувшись", неспешно разговаривали ни о чём… И вроде всё хорошо, тихо и мирно, но принцесса была тревожна. Я это чувствовал. И тут вовсе ни причём ментальные магические способности, тем более, читать мысли я всё равно не могу, просто долгая жизнь, опыт и развитая эмпатия ещё там, на Земле, всегда были моей козырной картой. Я чувствовал людей весьма неплохо, хоть они люди, хоть мио или кто другой. Кажется, уже говорил об этом, да. Так вот, Мими, несмотря на внешнее спокойствие, внутри штормило не хуже, чем снаружи нашей пещеры.
Я понимал отчего, и так хотелось смалодушничать, сделать вид, что ничего не происходит, оттянуть разговор или хотя бы дождаться, когда она сама начнёт его. Слаб человек, тут уж что уж, но и мужиком надо быть…
— Что тревожит тебя, мой котёнок? — мягко поглаживая шелковистую спинку, решился я.
Она привстала и впилась в меня пронзительным взглядом невероятных глаз, в которых явно проступали растерянность, обида, печаль…
— Почему, господин мой? Зачем Тсяшш Миммарр хочет покинуть свою принцессу? Отчего он не хочет и дальше наслаждаться её душой и телом? Почему, господин мой?!
Я некоторое время молчал, а она безмолвно ждала.
— Ты девочка умная, — наконец вымолвил я, — не сомневаюсь, что сама ответишь на большую часть вопросов. Как прилежная ученица…
— Не хочу! — прервала она меня, замотав головой так, что влага, скопившаяся в уголках глаз, разлетелась прозрачными кристалликами по сторонам, — Не хочу! Ты ответь! Ответь мне, своей принцессе!
Я прижал тихо всхлипывающую Мими к груди и стал гладить по её пушистым волосам, иногда задевая трепетное ушко. Ничего эротического не было в этой ласке, только нежность, только благодарность, только печаль…
— Я мог бы наврать, — наконец начал я, — Старый дядюшка Мо врет, как дышит, отменно и правдиво, когда ему это надо, но с тобой буду честен и искренен. Послушай меня, мой котёнок, не перебивая.
— Когда ты спустишься с небес возле королевского дворца в сиянии славы и величия. Когда народ твой поймёт, что ты не только по статусу их королева, но и по силе телесной, а паче того — духовной. В умениях магических и знаниях тайных. По делам, в столь юном возрасте, я не секунды не сомневаюсь в этом — великим! Когда радость твоего народа будет плескать через край, я буду вызывать удивление, почтение и даже благодарность.