– Зачем он мне? Ерундовый совсем! Три рубля ему цена.
– Вам следовало отреагировать иначе, вы лучше бы спросили: «Какой браслет? О чем вы?»
Девушка прижала руки к груди.
– Пожалуйста! У меня…
– Больная мама, – остановила я ее. – Уже слышала это. Жаль вашу матушку, но ее состояние не дает вам права входить в номер без спроса и рыться в вещах постоялицы. Кстати, врать надо умело. Как зовут вашу коллегу, которая сейчас дежурит за стойкой?
– Зоя, – жалобно протянула Роза. – Простите меня! Только из-за больной мамочки…
Мне надоело слушать охотничью историю, я открыла дверь гостиницы.
Дежурная быстро пересекла пустой холл.
– Вы знаете мать Розы? – спросила я.
– Маргариту Борисовну? – удивилась Зоя. – Конечно, она у моего младшего брата классный руководитель.
– Наверное, ей тяжело, она болеет, но работает, – продолжала я.
– Болеет? – повторила Зоя. – Чем? Розочка! Что случилось с тетей Ритой? Только вчера она Олежику двойку по алгебре влепила и велела репетитора лентяю нанять. Я чего-то не знаю?
– Она импланты ставит, – нашлась Роза, – больно очень ей.
– Ой, плохого врача нашла, – распереживалась Зоя, – у моей бабки их полон рот, она спокойно все сделала. Сейчас сильную анестезию придумали. Ты вообще собираешься меня сменить? Домой мне пора.
Я посмотрела на часы.
– Зоя, можете немного задержаться?
– Ну… – протянула та. – А зачем?
– Роза ненадолго ко мне в номер поднимется.
– Нам запрещено заходить к постояльцам, – возразила Зоя.
– Поэтому я и прошу вас посидеть на рецепшен, – терпеливо объяснила я, – пока Роза не за стойкой, она не на службе и вольна делать что хочет.
– И что мне за услугу будет? – осведомилась девушка.
– Замечательный набор от фирмы «Бак», – пообещала я, – пудра, губная помада, тени, тушь.
– Согласна, – воскликнула Зоя.
Мы быстрым шагом пересекли холл, поднялись на этаж, я открыла дверь.
– Чувствуйте себя как дома.
Роза молча села на диван, я опустилась в кресло и велела:
– А теперь выкладывайте все честно, только в этом случае то, что произошло ночью, останется между нами.
– Я не соврала ни крошечки, – начала каяться Роза, – только он мне не пять тысяч дал. Двадцать.
– Ну и ну! – удивилась я.
– У меня… – начала Роза.
– Про бедную маму не надо, – предостерегла я.
Собеседница махнула рукой.
– Не живу я с ней. Такая зануда! С утра до ночи твердит: «Иди на факультет педагогики, получи профессию».