– Прекрасный костюм, – слишком радостно произнесла Зинаида Федоровна, – такой… э… ну… достойный. Браво, Степочка, фирма «Бак» шьет… ну… э… вещи… такие… м… э… всякие… прямо залюбуешься. Ленечка, как тебе?
– Прекрасно, – заунывным голосом отозвался сын.
– Сказал так, словно не надел пиджачную пару, а хоронит ее, – хихикнула Белка.
– Девочки, вам нравится? – наседала на присутствующих Зинаида. – Девушка за прилавком, продавец!
– Я управляющая, – тихо поправила Алевтина.
– Что репа, что брюква, – отмахнулась Зинаида Федоровна, – забудьте о чинах и званиях. Как вам костюмчик?
– Сидит прекрасно, – громко сказала Алевтина, – как влитой!
– Во, точно, – обрадовалась Белка, – я все никак слово не могла подобрать. Именно – облитой!
– Влитой, – поправила Зинаида.
– Облитой, – повторила Изабелла Константиновна, – представьте: на фабрике чан, в нем жидкая костюмная масса. Мужика хватают, окунают, вынимают, сушат. И вот он весь облитый костюмом, ни сесть ему, ни охнуть, ни пукнуть!
Я уставилась на бабулю, а Лариса нежно пропела:
– Леонид смахивает на вкусную колбаску, толстенькую, в тесной кишочке, на батоне много перевязочек, поэтому получаются складки такие жирненькие. Ну очень хороший продукт. Как его название… Вспомнила! «Телячья в синюге»!
Мой взор переместился на Ларису. А она не такая уж тихоня, сейчас ехидничает с самым невинным видом.
Владимир провел пятерней по волосам.
– Леонид, вы натянули сорок восьмой размер?
– Да, – кивнул парень.
– Наденьте пятьдесят второй, и начнем, – велел постановщик.
– Никогда! – отрезал наш «Гамлет».
– Да почему? – опешил режиссер.
– Вот если ты прыгнешь в этом наряде в реку, то определенно пойдешь ко дну, потому что ни руками, ни ногами пошевелить не сможешь, – не удержалась Белка, – и, думается, тебе нужен пятьдесят четвертый.
– Нет! – разозлился парень. – Он для слонов. А я… я…
– Носорог? – подсказала Лариса. – Ой, они милые-милые. Мы с мужем их в Кении видели! Представляете! Украли у нас из сумки бутерброды.
– Так это, наверное, мартышки, – возразила Несси, – носороги огромные!
Я молча слушала их разговор.
– Костюм хороший, – продолжала Агнесса Эдуардовна, – но, Леня, сделайте уж нам, девушкам, одолжение. Накиньте пятьдесят четвертый. Просто интересно, как он сядет.
– Весь обвиснет! – разозлилось любимое дитятко Зинаиды Федоровны.
