На Приморской, где таксисты боятся останавливаться даже на минуту, произошла непростая встреча. Здесь живут наркоманы и алкоголики со времен сталинского режима, когда их называли "морфинистами" и лицами уклоняющимися от общественно-полезного труда. Прошло много лет, и ничего не изменилось. В этом месте начинается история о непростом расследовании преступления....
Наклонился и с улыбкой тихо объяснил причину внезапного обращения на «вы»:
– Следователи хреновы…
– Подь ты, – не обиделся прокурорский работник. – Я все равно бы нашел. Не здесь, так потом, при назначении экспертиз. Но мне это не нужно, заниматься этим будет следователь…
– Да, да, из Москвы, – перебил Желябин. – Я помню.
Он вышел из квартиры.
Управляя машиной, он молчал всю дорогу. Энергичный Георгиев, напротив, уже подготовил с десяток версий, половину из которых можно было причислить к области фантастики, а половину из второй половины отнести на счет юношеского максимализма.
Если ориентироваться на стандартные милицейские ориентировки, то стороннему человеку могло показаться, будто все беды – от чеченцев. Или от хулиганья. Желябина тошнило от подобных версий, он был сторонник отработки самых невероятных предположений, и уже не раз случалось, что при этом он бывал прав. Поэтому Влад сейчас и старается. Ритуальное убийство, промышленный шпионаж…"
"Поднявшись к себе, майор сел за стол и потер лицо руками.
– Георгиев, зайди.
Владислав относился к распоряжению начальника так, как и следовало. Если писал рапорт, то бросал это занятие посреди написанного слова и делал то, что ему велели. За секунду до звонка он сжимал в руке трубку городского телефона и ждал, пока девушка из Управления юстиции сделает выборку нужного адреса на улице Столетова.
