Автор
В безмолвном крике насилия, главный герой расправляет жирного хулигана с порога. Тишину прерывает лишь хруст костей и мягкий звук падения тела, словно в прихожей разыгрывается маленькая трагедия без единого звука.
Мамочки, понятно, почему мы вчера все натерли! Я же на него смотреть боялась, только ощущала, что он не маленький совсем.
А тут... Ого...
Рома замер. Дал мне свободу действий. И я, отчаянно глянув в темные глаза, оттянула резинку вниз. Обхватила вставший член рукой. Взялась за него. Скользнула пальцами вдоль ствола. Горячий, гладкий, тяжёлый. И весь мой. Только для меня теперь.
– Зая-яац, – неустрашимый майор вдруг запрокинул голову с шипением. Большой кадык на шее дернулся от судорожного глотка.
А я вдруг осознала, какую власть я над ним имею.
И мне захотелось больше.
Я поднялась повыше. И глаза закрыла. Он же просил чувствовать, вот я и буду. Горячая головка коснулась слизистой на моих лепестках. Тяжело, медленно заскользила по ним, разнося смазку еще больше.
На Рому я не смотрела.
Дыхание его драное и тяжелое только слышала. Я хочу сама, да. Хочу понять, как это – быть ведущей. Хотя бы разок в жизни. Поэтому просто получала удовольствие, гладя саму себя его стволом. Вздрагивала от вспышек в низу живота, когда головка массировала набухший от возбуждения клитор.
Хотелось стонать, но не хватало воздуха.
– Света, – я лениво приподняла веки. Посмотрела на него из-под ресниц. – Иди ко мне, заяц.
Мужские ладони надавили мне на бедра так, что головка члена легко нырнула в дырочку киски. Совсем ненамного. Просто окунулась легким толчком. Но даже от такого движения по позвоночнику пробежалась волна едкого жара.
– Дай мне себя уже, нахалка, – зарычал Рома, обхватывая меня вокруг талии одной рукой.
Я снова закрыла глаза. И медленно опустилась на него. Вобрала жаркий член в свою тесноту. Сама стиснула зубы от чувства наполненности. Почему-то оно было гораздо сильнее, чем вчера даже."
"Рома смотрел прямо в глаза. Словно бы внутри меня не только телом, но и всей душой. Стянул с меня кофточку через голову, отбросил ее на сиденье. И жадно обхватил ладонями за талию.
Посадил еще глубже, качнул бедрами, рождая во мне искры.
– Заяц, – выдохнул он через силу. – Ты только посмотри, какая ты.
Я не стала отвечать. Но и не покраснела. Я уже знаю, что я для него хороша. Просто начала двигаться. Неумело, сбиваясь с ритма, медленно качала бедрами. Плавно, словно плыла на его теле.
Каждое движение отзывалось в теле вибрацией.
В животе, в груди, между ног. И говорить что-то не хотелось. Зачем? Я же его чувствую.
С каждым движением ощущений становилось больше. Сначала просто жар. Потом размытое в глубине тела давление. Потом – невозможность равномерно дышать.
