Придон — читать онлайн бесплатно полностью

Он увидел дивные создания, что всматривались в него с неимоверным удивлением, а он плясал, прекрасно понимая, что это не просто танец, а разговор, деяние, творение, создание нового дивного света, что существует в этом простом мире, но видеть его смогут только настоящие, а не люди-поденки с их мелочными заботами и куцыми грезами…

Аснерд отвел Вяземайта в сторону, тот все не отрывал горящего взора от раскрасневшегося в танце Придона.

– Да что ты хочешь? – сказал Вяземайт нетерпеливо. На щеках верховного волхва выступили красные пятна, он дышал учащенно, а кулаки сжимались. – Чтобы Придон перестал плясать?

Аснерд покачал головой:

– Я не такой дурак. Если это не мешает нашему походу, то пусть пляшет. Но ты мне скажи, есть в его танцах магия или пет?

Вяземайт передернул плечами:

– Да какая тебе разница?

– Он же вождь, – напомнил Аснерд. – Вождю непристойно танцевать вот так… просто. Как все. Лицо роняет! Но если в его танцах магия, то совсем другое. Понимаешь? Если его танцы веселят или печалят только его самого, то для вождя его не лимит. Но если своей песней или танцем может зажечь сердца, что все станут втрое сильнее и с пламенными… ага, сердцами ринутся в бой…

Он не закончил, Вяземайт кивнул, сказал уверенно:

– У него танцы вождя. Точно. Вон Щецин ревел, когда смотрел, как Придон танцует! А чтоб Щецин заревел, ты сам представляешь, что для этого надо.

Аснерд покачал головой:

– Заревел? Ты бы меня толкнул, чтобы я посмотрел.

– Ревел, ревел, – заверил Вяземайт. – Но тебя было не оторвать. Да у тебя самого глазки что-то блестели.

– Наверное, есть хотел, – предположил Аснерд.

– Наверное, – согласился Вяземайт. – Ты ж такая свинья, тебе бы только есть. Но даже ты не можешь себе представить такую дурь, чтобы Щецин заревел! Значит, его танцы – не просто танцы. Это магия! Волшебство.

От костров сильно пахло ароматом вишен, вокруг города располагались знаменитые вишневые сады, их порубили на костры. Сладкий вишневый запах причудливо перемешивается с ароматом поджариваемого мяса, сучья стреляют крохотными горячими угольками, с туш на вертелах срываются крупные капли, шипят на пурпурных углях. Небо темнеет, пламя все ярче, и вот уже, как будто в преисподней, где все пылает багрово и жутковато, а вокруг сгущается мрак, вокруг костров пляшут огненные, но какие-то плоские фигуры, полностью исчезая второй половиной в темноте, огромные тени удлиняются так, что протягиваются, наверное, в самую Куябу и ложатся там на площади, смущая души придворных беров и беричей, пугая женщин.

К ним подошел Щецин, явно услышал свое имя. Лицо оставалось красным, но слезы вытер, смотрит с обычной угрюмой настороженностью.