Однако очень скоро все чаши оказались во дворце, где из них пьют дворцовые лизоблюды и эти вот, закованные в железо, могучие и свирепые, но все-таки не воевавшие с врагами страны, а если и убивавшие, то только внутри дворца, своих же куявов.
Черево сказал с той же властностью:
– Возвращайтесь к столам! У вас есть все. Если недостаточно вина – вам его пришлют. Однако могу подсказать, что в подвалах дворца Дуная есть много чего. А в его тайных комнатах еще немало сокровищ, которые вам вполне бы пригодились…
Толпа взревела громче. Булат заколебался, Черево явно старается перевести их стрелы на другую мишень, но в самом деле проще громить и грабить дворец, оставшийся без хозяина, чем пытаться выжать что-то из Черева, за которым стоит сам грозный Тулей.
– Хорошо, – сказал он зловеще, – мы отыщем себе кое-что в хозяйстве Дуная. Но мы запомним, что нам отказали в праве пить из чаш героев. И мы это будем помнить завтра, когда придет пора выступать в поход на врага… Не знаю, но мне кажется, что не все… да-да, не все пойдут защищать страну, что так поступает с ними!
Он уже повернулся, сделал пару шагов в глубь сада, толпа перед ним расступалась, как вдруг сзади раздался голос:
Голос настолько был не похож на крепкий и тугой, как ядро лесного ореха, голос распорядителя пиров, что Булат повернулся, как будто его пнули. Черево смотрел на него все так же, вроде бы хмуро и неприветливо, но теперь в его лице и в глазах Булат уловил страх и растерянность. В этот момент Булат ухватил истину, которую Черево безуспешно пытался скрыть: Тулей и его знатные куявы отчаянно нуждаются в наемных войсках! И они готовы идти на всяческие уступки, только бы удержать их в узде и бросить навстречу наступающим артанам.
– Ну, – сказал он резко, сразу преисполнившись гордости, – говори, я не буду ждать долго!
Толпа застыла, еще не уловила, что ситуация резко изменилась. Черево обронил неохотно:
– Вам принесут золотые чаши.
В толпе пронесся вздох, но, прежде чем там радостно заревели, Булат вскинул руку.
– От нас пойдут десять человек, – заявил он властно. – Помогут нести и… проследят, чтобы там ни одной не осталось.
Черево изменился в лице.
– Но хранилище во дворце!
– Туда запрещен вход…
Булат сказал твердо:
– Не в этом случае! Я сейчас отберу людей… а то и сам с ними пойду. А вы, ребята, возвращайтесь, передайте всем, что мы отправились за обещанными чашами. Если с нами что случится… если не вернемся, то вы знаете, что делать!
Толпа радостно заревела, на Булата смотрели влюбленными глазами, как на признанного вождя. Черево стискивал челюсти. Ничего не поделаешь, надо смирять гордость. Пусть пьют из золотых чаш. Пусть даже унесут их все с собой, во дворце золота в тысячу раз больше, чтобы сделать сто тысяч таких чаш.