Другие прибыли еще раньше, ждут в нижнем зале.
Ее сердце похолодело, она спросила тихо:
Гелия ответила так же тихо, даже запнулась:
– Сегодня же ваша свадьба. Решено провести ее здесь, прямо во дворце. Привезут наших верховных жрецов, от артан будет сам Вяземайт, это их…
– Знаю, – прервала она. – Я знаю Вяземайта. Но не думала, что встретимся как враги.
В спину пахнуло свежим чистым холодом. Даже не оглядываясь, она ощутила приближение Придона. Медленно повернулась, увидела закрывающуюся дверь, а Придон уже шел к ней.
Она со страхом и смятением смотрела на этого рослого мужчину с яростным лицом. Придон явился во всем блеске артанского воина. Даже не воина, а правителя: обнаженная грудь, но с плеч падает, закрывая спину, пурпурный плащ. На ходу он вскинул руки и небрежным жестом расцепил золотую застежку у горла. Плащ свалился с плеч, а Придон шел все так же тцарственно, огромный, несокрушимый. От него пахнуло такой нечеловеческой мощью, как если бы сейчас к ней направлялся крылатый дракон.
Черные волосы вместо стального обруча воина прижимает ко лбу золотой, как и надлежит правителю. Над переносицей зловеще горит красным огнем рубин, камень войны. Она запомнила его широкие стальные браслеты на бицепсах и запястьях, но теперь их тоже заменили браслеты из золота, украшенные алмазами – лучшими из камней. Даже пояс на нем из металлических пластин, покрытых золотыми узорами.
Время как замедлилось для нее, она смотрела на него, на прекрасную бронзовую фигуру героя… что сейчас застыл в движении, со щемом вспомнила, что всегда была мечтательна, и какой бы ни была Куявия, какой бы роскошью ни окружал ее отец, превратив женскую часть дворца в сказку, она в своем воображении строила волшебное тцарство, где все намного прекраснее, чем здесь, где люди и драконы уживаются в одном городе, где на ярмарки безбоязненно приходят подземные рудокопы, лесные чудища и другие звери, а стена вокруг ее владений настолько высока и несокрушима, что все жители всегда уверены в своей безопасности и всегда счастливы, ибо она правит справедливо…
Но вот вторгся этот жестокий варвар… Нет, он вторгся намного раньше. Еще когда ее несли в носилках, а она видела привычно склоненные спины, она ощутила потрясение, словно стены теплого уютного мирка с грохотом рухнули, а она оказалась в другом мире – огромном, полном незнакомых запахов, красочном, немыслимо ярком, где струи пронизывающего холодного ветра, где крики птиц и диких зверей… Он стоял, гордый и красивый, смотрел на нее жадно, она уже тогда со страхом поняла, что в ее жизнь вошло нечто небывалое.