Ее безжизненный голос прозвучал как дуновение сухого воздуха в мертвой листве:
– Я не могу тебя судить… Не могу даже винить. Так уж… случилось.
Плечи Придона задрожали. Он прижался лицом к ее коленям, обхватил руками и заплакал горько, безутешно. Крупное тело вздрагивало, содрогалось. Служанка, белая как полотно, в страхе и изнеможении прижалась спиной к стене.
Вдова долго смотрела на голову, что вжималась в ее колени, наконец тонкие пальцы коснулись черных как смоль волос. Такие же были у ее Скилла.
Ребенок, оставленный без внимания, протестующее закряхтел. Женщина повернулась, Придон поднял голову, лицо даже не с мокрыми дорожками, а сплошь мокрое и красное, глаза отыскали служанку.
Она вздрогнула, бросила беспомощный взгляд на хозяйку. Та наклонила голову.
Девушка исчезла, как привидение. Женщина перепеленала младенца, дверь приоткрылась, служанка вошла, придерживая впереди себя мальчика пяти лет.
Придон, не поднимаясь, повернулся и протянул к нему руки. Мальчишка оглядел его исподлобья, потом подбежал и обхватил его доверчиво за шею. Придон снова ощутил ком в горле, в глазах защипало, слезы хлынули горячие, но уже не жгучие, слезы освобождения.
– Пойдем, – сказал он, – я тебе кое-что покажу!
Он поднялся, держа его на руках. Женщина смотрела вопросительно, слезы стояли в ее больших прекрасных глазах. Он не мог говорить, рыдания душили, только кивком пригласил идти следом, сам двинулся, как слепой, обратно через дом.
Воины встретили боевым кличем, но голоса тут же умолкли, у Придона на руках мальчишка, лицо бледное и решительное, как перед жестоким сражением.
– Артане! – сказал Придон громко. Голос уже не вздрагивал, перед ним – мужчины, и голос стал сильный и звенящий, как боевая труба, зовущая на схватку. – Артане!.. Вы – лучшие мои военачальники! В вашем лице я говорю со всей Артанией. На руках у меня – сын Скилла, тцара Артании. Сын Скилла, мой племянник… и наследник артанского престола.
Он опустил мальчишку на каменные плиты. За спиной Придона появились встревоженные мать и служанка, а затем все увидели, как сам Придон опустился на одно колено перед мальчишкой, взял крохотную руку в огромную ладонь и прикоснулся губами к его пальчикам.
– Я, Придон, нынешний тцар Артании, – сказал он громовым голосом, – приношу присягу верности Трояну, сыну Скилла и наследнику престола. Мои дети, братья и сестры также принесут присягу верности будущему правителю Артании и всего Троетцарствия!
Женщина испуганно вскрикнула:
– Нет!.. Только не это!
Придон поднялся, голос прогремел над затихшим городом:
– Он, сын артанского тцара и куявской женщины знатного происхождения, рожден, чтобы править обеими странами!.. Впрочем, он сам решит, как ему править, как распорядиться своей мощью!..