Реинкарнировавшийся гениальный врач Павел Булгаков пытается выжить в опасном мире, где его преследуют наёмники. Работая в королевской больнице, он должен разгадать тайну своей прошлой жизни и защитить себя от врагов, пока его способности не откроют путь к спасению.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Придворный Медик» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Реинкарнировавшийся гениальный врач Павел Булгаков пытается выжить в опасном мире, где его преследуют наёмники. Работая в королевской больнице, он должен разгадать тайну своей прошлой жизни и защитить себя от врагов, пока его способности не откроют путь к спасению.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Реинкарнировавшийся гениальный врач Павел Булгаков пытается выжить в опасном мире, где его преследуют наёмники. Работая в королевской больнице, он должен разгадать тайну своей прошлой жизни и защитить себя от врагов, пока его способности не откроют путь к спасению.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Придворный Медик» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
По какой-то причине он не доложил о моём шраме другим сотрудникам службы безопасности. Иначе бы командир Коршунов уже давно бы меня о нём расспросил. Однако в нашем разговоре он ни разу не упоминал об этом.
Дверь в кабинет распахнулась, и на пороге появился Евгений Кириллович Гаврилов. Весь опухший. Видимо, только что проснулся. Наверное, ему впервые за долгое время удалось отоспаться.
— Доброе утро! — поприветствовал его я.
— А точнее — обед, — потирая виски, пробормотал он. — Булгаков, а что происходит? Коридор пустой. Вы что, всех пациентов распугали?
— Если под «распугали» вы подразумеваете «вылечили», то можно сказать, что пациенты разбежались в ужасе, — ответил я.
Гаврилов, не веря своим ушам, подошёл к компьютеру, пробежался глазами по сегодняшней записи и удивлённо заявил:
— Павел Андреевич, да вы же и часть моих пациентов принять умудрились. Мне на сегодня осталось всего пять человек! — он замолчал, внимательно пролистал описанные мной схемы лечения, а затем с облегчением выдохнул. — Что ж, недурно. Возможно, это и к лучшему. У меня сегодня много дел в стационаре. Если хотите, можете сходить со мной туда ближе к концу рабочего дня. Посмотрите, как организована работа в отделении."
"Отличные новости! Значит, мой план продвигается как надо. Попасть в стационар было необходимо. Туда допускают только самых сильных и опытных лекарей. Оно и понятно. Ведь стационарные отделения — это последняя линия обороны.
Мы — первичное звено, то есть лекари поликлиники, больше играем роль сортировщиков. Спасаем тех, кого можно вылечить прямо на приёме или дома, а тяжёлых пациентов направляем в отделения — к своим более опытным коллегам.
— Погодите, Павел Андреевич, а что у вас на приёме делал господин Биркин? — Гаврилов только сейчас заметил фамилию дознавателя в списке принятых пациентов. — Вы вообще знаете, кто он такой?
— Знаю, уже познакомились, — ответил я. — Дознаватель попросился пройти без записи. Коридор был уже пустой.
— Настоятельно рекомендую вам общаться с этим человеком крайне осторожно, — сказал Евгений Кириллович. — Он, если захочет, может использовать против вас любое ваше слово. Не знаю, имею ли я право так говорить о человеке, занимающем столь важную должность… Но всё же умалчивать об этом мне тоже не хочется. Ради вашего же блага. Вы же никому не расскажете то, что я вам скажу?
— Не беспокойтесь, Евгений Кириллович. Речь ведь идёт о моём пациенте. Значит, можно считать это врачебной тайной, — ответил я.
Гаврилова мой ответ удовлетворил. А потому он произнёс:
— Мне доводилось работать с Аристархом Ивановичем. Это было лет семь назад. Более того, мы даже учились в одной академии. Просто в разных группах. И уже в те времена он был очень опасным человеком. До жути непредсказуемым.
