Через сорок минут, перекусив бутербродами и чаем и накормив полусонного от наркотиков Мушмакаева, они отправились в путь. Машина прошла километров десять и заглохла. На их счастье, ждать им пришлось не больше получаса: мимо проезжали на «тойоте» два парня, оказавшиеся родными братьями.
Услышав, что за горючее им заплатят «зелеными», да еще по два доллара за литр, они были готовы вылить из бачка весь свой бензин и отдать «дорогим гостям из далекой Москвы». Подумав, что к этому их побудила скорее доброта, нежели жадность, Савелий на радостях добавил ям еще пятьдесят долларов. Как же все рассмеялись, когда меньше чем через километр они увидели бензозаправочную станцию со скучающим от безделья заправщиком, над головой которого вывеска оповещала водителей о наличии нескольких сортов бензина и, конечно же, по смехотворной цене.
— Да, кинули нас, братцы, — рассмеялся Денис.
— Будем считать, что мы им заплатили за сервис, — подытожил Савелий, и все вновь рассмеялись, вспомнив, как братья каждую минуту говорили им «спасибопожалуйста». — Ладно, давайте рассказывайте, как ехать к вашим приятелям, — напомнил он Неволиной.
Пока Савелий со своими ребятами прорывались с Мушмакаевьм из Чечни, Андрей Воронов и его группа вернулись в столицу. Сдав врачам спасенного в Чечне телеоператора, Воронов попрощался с ребятами, потом позвонил Богомолову. Генерал так обрадовался, что и не стал вникать в его попытку о чем-то попросить, приказав коротко:
— Жду у себя немедленно! — И тут же положил трубку.
А попросить Воронов хотел о том, чтобы перенести встречу на следующий день, чтобы привести себя в порядок, немного отдохнуть после тяжелой дороги, но главное — побыстрее попасть в объятия своей Ланы, по которой очень соскучился, но…
Человек полагает, а Бог, то бишь в данном случае начальство, располагает. Через полчаса Воронов уже входил в кабинет Богомолова. Генерал действительно ждал его с таким нетерпением, что вышел из-за своего огромного стола, устремился навстречу и заключил в объятия.
— Присаживайся, дорогой майор, — кивнул он на кресло, стоящее у журнального столика. — Минуту, — генерал нажал кнопку селектора, — Миша, организуй кофейку и там бутербродов, короче, на свой вкус.
— Собственно, все готово, Константин Иванович, — ответил помощник, отлично знающий привычки своего шефа.
— Так неси скорее. — Генерал сел напротив Воронова.
