— Господи! Я и забыл, что тебя дома молодая ждет. Это дела могут подождать, а молодую жену не нужно заставлять ждать, а то еда будет пересоленной. Три дня можешь не появляться, а на четвертый жду. Давай, беги! Передавай жене привет.
— Спасибо, Константин Иванович. — Воронов крепко пожал протянутую руку и пошел к выходу, но у дверей остановился и повернулся к хозяину кабинета: — Мне кажется… точнее сказать, я уверен, что вы чего-то недоговариваете, или я не прав?
— А начальник и должен о чем-нибудь да не сообщать своим подчиненным, чтобы умнее выглядеть! — генерал хитро подмигнул. — Иди уж, Шерлок Холмс!
— Как скажете, вы начальник, — в тон ему заметил Воронов и тут же вышел из кабинета, словно боясь, что Богомолов придумает что-нибудь новенькое и ему придется еще выслушивать то, о чем он бы предпочел узнать в другой раз.
Когда Андрей вышел в приемную, Михаил Никифорович сообщил, что по распоряжению генерала его у проходной ждет дежурная машина, чтобы отвезти домой. Злость на Богомолова мгновенно улетучилась, и Воронов с теплотой подумал, что генерал всегда очень внимателен к своим подчиненным.
— Я позвоню? — спросил Андрей Рокотова.
— Разумеется, только по красному. — Михаил Никифорович пододвинул к нему телефон.
— Привет, родная, — с нежностью проговорил Андрей, услышав голос Ланы.
— Здравствуй, милый! Звонишь, чтобы сказать, что задерживаешься?
— Не угадала, звоню, чтобы сказать, что я уже еду домой и о том, что у меня три дня отгула!
— Ура-а-а! — обрадованно выкрикнула Лана. — Что ты хочешь, чтобы я тебе приготовила, что-нибудь вкусненькое?
— Себя! — бросил Воронов и чуть смущенно взглянул на Рокотова и на сидящего в приемной какого-то пожилого генерала, дожидающегося встречи с Богомоловым.
Михаил Никифорович сделал вид, что ничего не слышал, а генерал с улыбкой одобрительно кивнул головой.
— Я всегда готова, — томно выдохнула Лана, — а еще что?
— Ты там не один, милый? — догадливо спросила она.
— Извини свою глупую девочку, — виновато проговорила Лана.
— Ни за что! — шутливо воскликнул Андрей. — Ладно, еду, жди.
Через двадцать пять минут, когда Андрей открыл дверь, то сразу почувствовал какой-то странный восточный аромат. Он шагнул в полумрак гостиной и очутился в настоящем царстве свечей. Они горели повсюду: на столах, на шкафу, на подоконнике, даже на телевизоре, расставленные, казалось, в полнейшем беспорядке. Однако в этом беспорядке виделась какая-то сказочная гармония и удивительный уют.