Виктор Воронов изучает старое уголовное дело, где обвинение кажется сфальсифицированным. Он обнаруживает, что преступник мог быть жертвой сговора, и решает провести собственное расследование. Интрига разворачивается вокруг обстоятельств прошлого и скрытых мотивов.
Раздел Chitat.online для книги «Приговор на брудершафт» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Виктор Воронов изучает старое уголовное дело, где обвинение кажется сфальсифицированным. Он обнаруживает, что преступник мог быть жертвой сговора, и решает провести собственное расследование. Интрига разворачивается вокруг обстоятельств прошлого и скрытых мотивов.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Виктор Воронов изучает старое уголовное дело, где обвинение кажется сфальсифицированным. Он обнаруживает, что преступник мог быть жертвой сговора, и решает провести собственное расследование. Интрига разворачивается вокруг обстоятельств прошлого и скрытых мотивов.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Не успел он раздеться и лечь спать, как заявился злой, как черт, Рогов.
– Ты как? – с порога спросил он. – Все получилось?
– Полный облом! Я в восьмом классе в подъезде с соседской девчонкой время интереснее проводил, чем с этой Галиной. Всю ночь ломалась, недотрогу из себя строила, и я отправил ее проветриться. А ты как?
– Хуже не придумаешь! Пока мы были в кабаке, вернулась из больницы четвертая чувиха. Оказывается, ее на праздники домой отпустили. Скажи, что у нас в здравоохранении творится? Где это видано, чтобы больных до окончания лечения домой отпускали? Короче, больная эта напилась сама и Золушку споила. Когда мы пришли, они вторую бутылку вина допивали. Я решил, что не буду тебе кайф ломать и останусь у них в общежитии. Думаю, ночью они хоть как уснут, и мы все сделаем. Ничего подобного! Больная эта до утра стонала, словно рожать собралась. Только мы пошевелимся, как она тут же в нашу сторону повернется и стонать начинает. Золушка тоже подозрительно ворочалась, явно не спала, чего-то хотела. Короче, более дурацкой ночи у меня не было. Лежим мы с Алиной на узкой кровати, я ни поцеловать ее не могу, ни раздеть: напротив пьяная больная стонет, из угла Золушка подсматривает. Утром я плюнул на все и поехал в школу.
– Должен тебе признаться, я Галину с деньгами на такси кинул, так что теперь я у нее враг номер один.
– Если еще раз на пары разбиваться будем, то я тебя с Золушкой познакомлю. Она, кстати, не такая уж тихоня. Посматривала на меня с таким интересом…
– Друг мой! У тебя был замечательный шанс побывать в шкуре Долматова. Сгонял бы к таксистам, купил бутылку водки, споил больную, скинул матрацы на пол и до утра бы глаз не сомкнул.
– Не получилось бы, – уверенно возразил Рогов. – Для веселого времяпровождения нужна заводила, такая же инициативная чувиха, как Катя Дерябина. Среди моих знакомых такой нет.
– Среди моих – тоже. Жаль, она уехала. Я бы нашел предлог заглянуть к ней в гости.
Разобравшись с учебными делами, Воронов решил встретиться с Буглеевым. В четверг он пришел в Хабаровский краевой комитет партии. Предъявил на входе служебное удостоверение. Постовые милиционеры даже разговаривать с ним не стали, с главного входа отправили к служебному. Там его долго расспрашивали, по какому поводу он хочет встретиться с товарищем Буглеевым. Воронов бойко рассказал заранее придуманную историю о научной работе. Милиционеров ответ устроил, и они направили Виктора в бюро пропусков. Служебное удостоверение сотрудника МВД СССР как ключ ко всем дверям в крайкоме партии не работало. Здесь были другие порядки.
